Марлен сложила руки на груди, медленно повернула голову к стойке. Рита восхищалась ее выдержкой. Сама она никогда не умела играть в эти игры на главных ролях.
- Второе блюдо! – крикнул рыбометатель, вытаскивая из бочки еще какую-то гадость, - Я не жадный! Вот тебе еще подарочек!
Марлен была молниеносна. Схватив первый «подарок» за жабры, она швырнула его обратно. Рыбина оказалась с характером. Изогнувшись в воздухе, она чуть изменила траекторию, и как нарочно угодила в вернувшегося трактирщика. На его удивленном лице образовался мокрый, быстро краснеющий след. Терять стало нечего.
- А ну посторонись, хозяин! – крикнула Марлен, хватаясь за неглубокую миску, - А! Чертовы шуты! Клоуны!
Тарелок рядом с ней было огромное количество и все они полетели в парней за стойкой. Послышался треск и притворный визг. Метала Марлен мастерски. Доставала обидчиков если не самой посудой, то хотя бы осколками. Трактирщик аккомпанировал звону протяжным подвыванием, и всякий раз, когда над его головой разбивалась плошка, заикаясь сообщал ее примерную стоимость.
Сделалось тесно. Большая часть охотников оторвалась от изучения неприкосновенных запасов алкоголя и теперь, собравшись полукругом, подбадривала Марлен криком и обещанием не выпускать никого из-за стойки. Кое-кто поставлял ей новые порции глиняных снарядов.
Острые черепки летели градом, Рите лишь чудом удалось вырваться с поля глиняной бойни без потерь. Она встряхнула ворот рубашки, заставив провалиться мелкое крошево на пол.
- Много набили?
За столом в дальнем конце зала сидели трое – двое мужчин, по виду и возрасту смахивающих на отца и сына, а также девушка с неровно остриженными волосами. Все трое выглядели так, будто источник жуткого грохота находился не в тридцати метрах, а как минимум на соседнем континенте.
Рита постаралась настроиться на их волну, и для начала вернула им внимательные, оценивающие взгляды. В конце концов, это полезно. Полезно иногда провести такую «ревизию». Девчонка была новенькой, но прекрасно вписывалась в компанию. Тоже вызывала сложные ассоциации. То ли с борзым щенком, то ли с отжатой на слишком большой скорости наволочкой. Они все были такими – сухими, жилистыми, как бы перекрученными.
- Ну, сколько же там, не томи, - повторил старший мужчина, складывая острые локти на стол.
- На полтора золотых, - ответила Рита после крохотной паузы. - Рада видеть вас в добром здравии, Аслан Геннадьевич.
- Ай-ай, - скрипуче возмутился он, - Вот так так...
Его кустистые, наполовину седые брови страдальчески сошлись у переносицы. Рита подумала, что это ужасно удобно – иметь такие брови. Они придавали вес любым, даже брякнутым наобум словам, а кроме того, приковывали взгляд, отвлекая от всего остального. Такие брови для мужчины его лет – все равно что грудь шестого размера для молоденькой девицы. Тайное оружие, только компактнее и без сопутствующих негативных эффектов.
- Полтора золотых, значит? Не похоже на Каспероса. Обсчитывать он, конечно, горазд, но не в меньшую сторону.
- Это только за посуду. Без учета бутылок и мебели.
Он засмеялся. Тихо и очень заразительно. Рита не находила в сказанном ничего смешного, но стоило отвлечься хоть на секунду – и губы сами собой сложились в улыбку.
- Тогда нормально, в самый раз. Можно не беспокоиться за его здоровье. В два раза преувеличил, точно - как в аптеке.
- Стабильность – признак мастерства, - поддакнул второй мужчина, откидываясь на спинку стула.
Все это время он смотрел на Риту как на банку с брагой, собственноручно засунутую на пару деньков в затемненное и тепленькое место. Для удобства он даже отодвинул пузатый графин, чтобы тот не мешал обзору. Второму заместителю не было тридцати, но полутьма подчеркивала резкие черты лица, накидывая щедрой рукой лет десять-двенадцать. Рита не сомневалась, что он понял причину ее появления и обдумывает… варианты.
- Что, все же передумала?
Рита проигнорировала и вопрос, и то непонятное выражение, которое мелькнуло в глазах Аслана Геннадиевича.
- Не представите нас?
Она кивнула на молчавшую до сих пор девушку. В начале их разговора та была на голову ниже своих спутников, теперь же, кажется, сделалась еще меньше. Рита поймала себя на желании проверить содержимое ее кружки. Что-то подсказывало, что пить ей было ой как рановато.