Воздух дрогнул от хрустальных переливов:
– Тогда в чем же проблема?
– Как вам сказать? – Архонт хмыкнул и, встав, прошелся по комнате, – Прежде всего в том, что ко мне являются члены Городского Совета и просят личной аудиенции.
– Кто сказал личной? – удивился тот, кого называли Мизераклем, – Если здесь есть кто-то еще, зовите их. Непременно зовите.
Это было действительно странно. Странно и необъяснимо. Ни с того ни с сего Кнопка почувствовала, как леденеет затылок. Она вытаращилась на своего «кавалера». Тот, конечно, смолчал.
– Не сомневайтесь, что позвал бы, – подал голос Архонт, – Но мы одни. И вы, господин Мизеракль, об этом прекрасно знали. Из чего возникает следующий вопрос: с кем из моих заместителей вы уже успели также «не-лично» переговорить?
– До чего же грустно, – вздохнула герцогиня, – Когда руководитель вынужден относиться с недоверием к своим подчиненным. О, я знаю, что вы ответите, не утруждайте себя. Постоянная смена власти, независимость и своеволие – фирменная черта гильдии охотников. Я восхищаюсь такой системой, пусть она и плодит параноиков. Что может быть здоровее постоянной конкурентной борьбы?.. Но к несчастью, вся эта ваша возня больше смахивает на игру, нежели реальное соревнование.
– На игру? – спросил Архонт. Кнопка слышала, что глава охотников утомлен и даже не пытается этого скрыть, – И на какую же?
– О, у каждого она своя. Большинство играет в кости. Это весьма незатейливый, но хотя бы честный выбор. Жаль только ставки чересчур высоки, а шанс сорвать куш с каждым днем становится все меньше.
– А куда деваться? – поддакнул Мизеракль, – Такова жизнь: мясо давно не ценится на вес золота, а мех домашней лисы греет ничуть не хуже, чем мех той же лисы, но подстреленной в чаще. Верно, ваша светлость?
Герцогиня ответила едва слышным смешком, и снова повисла неловкая тишина.
– Вы путаете случайность с закономерностью, – наконец сказал Архонт, – Так что сравнение с костями тут неуместно.
– Вам не нравятся кости? – спросила герцогиня. Кнопка вообразила красивую линию изогнутых в улыбке губ. И ровные, острые зубки за ними, – Впрочем, неудивительно. По-настоящему умных мужчин возмущает необходимость полагаться на слепой случай.
– Спасибо за комплемент, хоть он и тянет на грубую лесть. Я далеко не так умен, как хотелось бы, – хмыкнул Архонт, – Иначе нашел бы себе другую работу. Ту, где меня не будут пытаться съесть минимум дважды в неделю. Но вы правы насчет игр. Я предпочитаю бридж или, на худой конец – вист.
– Давно хотела научиться. А пока я, как и кое-кто из наших общих знакомых, вынуждена разыгрывать партию в шахматы.
– В шахматы?
Кнопка почти увидела, как герцогиня изящно склоняет голову.
– И вы, хотите того или нет, играете тоже. Вы знали, что у классических шахмат существует множество вариаций? В некоторых изначальная диспозиция фигур скрыта от противника. В других партия начинается на пустой доске. В третьих выигрывает тот, кто лишился всех фигур, – она вздохнула, – Но это явно не ваш случай. Что-то подсказывает мне, вы из тех, кто ревностно блюдет традиции.
– Ага, – воскликнул Архонт, – вижу, мы наконец-то подходим к сути!
Она рассмеялась, и от ее смеха, кажется, вздрогнул даже прижавшийся к Кнопке стальной рыцарь.
– Ваша доска полна оборотней. И дело вовсе не в пешках-карьеристках, а в том, что король на самом деле – бессменная королева в окружении глуповатых коней.
– Хорошо, что мое гостеприимство не зашло слишком далеко, – прохладно ответил Архонт, – Еще минуту назад я собирался предложить вам выпить.
Кнопка явственно слышала в его голосе раздражение. Но было в нем нечто такое, чему она никак не могла найти названия. Как будто Архонт услышал, как позади него треснула ветка, но вместо того, чтобы обернуться, только ускорил шаг.
– Зачем вы здесь? – спросил он после паузы.
– Я уже говорила. Вы кажетесь мне умнее прочих. Поэтому и только поэтому мы пришли сообщить, в частном порядке, что время дебютных заготовок прошло. Многие важные фигуры еще на доске, но не стоит обольщаться. Игра ведется на вашей стороне.
– Чудесно. Вы смеете угрожать мне в моем же доме.
– Никаких угроз, – быстро вклинился Мизеракль, – ни в коем случае. Ее светлость увлеклась метафорами, за которыми, похоже, мы потеряли смысл. Взгляните на это.