На базе имелись не меньше чем три десятка одаренных, которые попытались дать отпор, но видимо уровнями не вышли, дотянуться в нашу сторону хоть чем-то существенным у них не получалось. Доставал миномет, который очень быстро на нас навели, долбила все та же зенитка, то и дело тревожа мою защиту, долетали пули из обычных штурмовых винтовок, но на такой дистанции слишком большой разброс, так что почти все мимо.
Мысленно подвел пущенный заряд к бетонному ограждению базы и тут же активировал. Грохнул оглушительный взрыв. Я буквально видел, как воздух вокруг сработавшего заряда уплотнился, становясь на долю секунды молочно-белым по краям, а после ударная волна раскидала в радиусе сотни метров обломки бетонного забора и части складского помещения, с которого буквально сдуло хлипкую крышу.
Стремительные огненные големы уже добрались до пробитой бреши и рванули в проем оставляя за собой огненную дорожку.
Инферно, это не совсем обычный огонь, всепоглощающий, жгучий, не требующий кислорода и вовсе не зависящий от привычных законов физики. Сами огненные гончие не получают физический урон, и даже мои кинетические бомбы им не навредят, а только усилят действие занимающегося пожара адского пламени. Такой магический огонь пожирает все, камни, бетон, железо, и самое разумное что могут сделать люди на этой базе, так это просто сбежать, причем как можно дальше. Мы дадим им достаточно времени, чтобы удалиться на безопасное расстояние. Люди нас не интересуют. Мы уничтожаем орудие незаконного промысла, и то, что уже успели наворовать. Оказать нам сопротивление не рискнут, это сразу видно. Слишком большая разница в уровнях, а одаренные что оказались на этой базе себе не враги. Все что здесь награблено и заготовлено им не принадлежит. Они конечно же претендуют на часть добычи, но какой будет с нее толк если претендент склеит ласты. Типичная логика наемника — мертвецу деньги не нужны. Так что мешать нам развлекаться никто не станет.
Через пятнадцать минут пылала уже вся база поднимая в небо черные клубы дыма и гари. Мои ударные бомбы разметали горящие ошметки на добрые полкилометра в противоположную сторону от нас. Я отчетливо слышал и видел, как в какой-то момент на базе рванул склад боеприпасов или топлива. Как всепожирающее пламя окутывало военную и промышленную технику, которая постепенно превращалась в оплавленные бесформенные комья раскаленного, пористого металла. Один из броневиков с крупнокалиберным пулеметом на крыше, попытался выехать в нашем направлении, но первый же снаряд с ударной волной отправил его в полет и кубарем прокатил в сторону от грунтовой дороги ведущей к холму.
Бонусных очков система нам почти не начислила. Врагами считались другие игроки и статисты, а вот техника и военное снаряжение к таковым не относилось, так что и сил особо тратить на эту показательную порку не стоило.
— Побережем силы на термитник? Остатки базы и без нас качественно догорят.
— Ага, давай так и сделаем, — кивает Аня, — мне всего три сотни очков начислили.
— Да и мне не больше, вот только термитник еще поискать придется.
— А давай его где-нибудь во Франции или в Италии поищем, пусть бриташки сами со своими тараканами разбираются. А то погода здесь полный отстой.
— Тоже верно, — соглашаюсь я. — Давай лотерею устроим, назови цифру от одного до ста тридцати пяти. Это список имеющихся в моем распоряжении координат в Европе.
— Откуда ты так много набрал? — удивилась баронесса.
— Не мы одни координаты собираем, со мной в конторе поделились.
— Ладно, тогда цифра восемьдесят два!
— Лейпциг, Германия.
— Не хочу к фрицам, — морщится Аня. — Давай еще! Пятьдесят четыре!
— Сицилия. Там сейчас наверняка жарища стоит, что караул. Теперь уже я не хочу к макаронникам!
— Ну все! Тогда последний раз! — не унимается Анюта. — Двадцать два.
— Австрия, на границе со Швейцарией, я эту точку снимал.
— В самый раз вашество! — подпрыгивает на месте подруга. — Там горы, свежий воздух и красивые пейзажи, а не вот это все, — кивает она в сторону бушующего на руинах уничтоженной базы пожара, который никак не мог унять мелкий моросящий дождик.
Настроил зеркало портала и пустил Аню вперед, сам прошел следом, на уже знакомое место, откуда я начинал свой путь над Германией и Бельгией как раз прокладывая маршрут в Англию. Но в этот раз мы поднялись в воздух и направились на запад.
— Ну совсем другое дело, скажи княжич, — веселится баронесса, изображая что-то вроде фигуры высшего пилотажа. — Красотища!