Доверенный слуга из небольшого бьярского племени арсури, ценимый наместником за готовность решительно на все, постучал, чуть приоткрыл дверь и остановился на пороге.
— Чего тебе? — Аршалай недовольно повернул голову.
— Господин, приходил жрец Исвархи…
— Какой еще жрец?
— Из Яргары, господин. С ним в округе всякий знаком. Он много лет собирает сказки и предания…
— А, кажется, припоминаю, — откладывая перо, проговорил Аршалай. — Такой улыбчивый старичок… И с чем он ко мне явился?
— Сказал, ходил за ягодами…
— Что? — Наместник широко усмехнулся. — За ягодами?! В лесу снега навалило чуть не по колено! Не поздновато ли?
— И я его спросил о том же. Старый жрец на это сказал… — Слуга склонил набок голову, вспоминая: — «Для того, на чьей стороне Создатель самого времени, нет слов „слишком поздно“».
Аршалай перестал ухмыляться:
— И где сейчас этот жрец?
— Ушел. Но оставил подарок.
— Какой еще подарок? Туес с клюквой?
Слуга приблизился к столу и с поклоном поставил на столешницу простенький глиняный кувшинчик, заткнутый деревянной пробкой. Аршалай настороженно поглядел на вещицу, не торопясь брать в руки:
— Это что такое?
— Жрец сказал, лекарство.
— А разве я чем-то болен? — хмурясь, произнес Аршалай. — Он хоть сказал, от какой болезни это снадобье?
— Да, господин, — кивнул арсури. — От змеиных укусов.
Наместник озадаченно уставился на кувшинчик.
— Беги за жрецом! — выпалил он вдруг. — Догони его, приведи сюда!
Тем же вечером пронзительный звук рожка заставил Аршалая поднять голову и отложить перо. Весь день он просидел над расчетами, и сейчас у него ломило шею, а в глазах рябило от букв. Строительство пожирало деньги, как пламя — березовую кору. Наместник изо всех сил пытался изыскать пути сократить расходы, но не находил их — все, что можно, уже было урезано. Он с ужасом представлял, что будет зимой. Кто бы ни пришел в итоге к власти, строительство не должно останавливаться ни на день. Заминки просто нельзя допустить! Люди подождут, но Змеево море ждать не станет…
За окном послышался стук копыт по доскам. Аршалай перевел взгляд с тщательно вычерченного плана Великого Рва к узкому, вырезанному в бревенчатой стене слюдяному оконцу.
— Кого еще принесло в неурочный час?
Наместник свернул тонкую кожу с чертежом, встал, со стоном расправил затекшую спину и выглянул на двор.
— Данхар? — пробормотал он, глядя на въехавшего под свод ворот всадника. — Что бы это ему тут сейчас понадобилось? С виду зол, как голодный волк… — Он хлопнул в ладоши, и ждавший распоряжений слуга тут же возник на пороге. — Принеси угощение для меня и моего друга. Наверняка маханвир устал и проголодался.
Слуга удалился, Аршалай же старательно натянул личину радушного хозяина. За дверью послышался шум и звук удара, — должно быть, поднимавшийся по лестнице накх отшвырнул слугу со своего пути.
«Определенно что-то произошло», — подумал Аршалай, готовя улыбку.
Через мгновение Данхар вошел в светлицу.
— Друг мой! — сияя, направился ему навстречу Аршалай. — Ты не представляешь, как я рад, что ты приехал! Здесь решительно нечем заняться! Я тут совсем истосковался без наших веселых пирушек и охот… А в этой глуши не с кем даже умным словом перекинуться, не говоря уже о том, чтобы разделить трапезу. Я как раз приказал накрыть…
— Погоди ты с трапезой, — оборвал его Страж Севера. — Как бы нас самих тут не сожрали!
— Что такое? Ты меня пугаешь!
— Я никого и никогда не пугаю! — отчеканил собеседник. — Думал, спровадил Каргая в глухомань за крашеным царевичем и можно Исварху возблагодарить — да за пиры?
— Ну вот опять! — смутился Аршалай. — «Крашеный царевич»! Такого не следует говорить даже с глазу на глаз…
— Замолчи и слушай!
«Ого», — подумал наместник, но, сделав удивленное лицо, приготовился внимать.
— В Бьярму прибыла Марга, дочь Гауранга, сестра мятежника Ширама, объявившего себя повелителем Накхарана.
Аршалай задумчиво склонил голову:
— Важная новость…
— И тебе об этом, разумеется, неизвестно, — прищурился накх.
— Конечно нет, откуда бы? Боюсь ошибиться, но, кажется, она твоя родственница?
— Даже не вспоминай об этом, — скрипнул зубами маханвир. — Я кинул ее в яму, но она ухитрилась переманить моих людей. Эта тварь захватила мою лесную крепость! Со мной остались только воины рода Хурз. Я расположил их заставами. Если Марга вдруг решит идти сюда или на Майхор, дозорные предупредят нас…