Каргай так желал встречи, так ярко представлял ее! Однако начальник стражи Майхора, завидев его воинов, хоть и распахнул им городские ворота, зато сам оказался похлеще всяких запертых ворот. По его словам, Аршалая в столице Бьярмы давно не было. Где он? В походном дворце, и где тот дворец, никому не ведомо — на то он и походный.
Но это еще полбеды. Начальник стражи потихоньку сообщил Каргаю поразительную новость — нашелся Аюр! На этот раз, похоже, настоящий. Его поддержали Северный и столичный храмы. Сейчас юный государь, собрав войско, идет к Майхору. А в той рати, говорят, полно накхов — и здешних, и тех, кого прислал Ширам.
Вот тут Каргай обомлел. В том, что накхи присягнут Аюру, он не сомневался, — не зря же саарсан поднял солнечное знамя рядом со своим Змеем. Но то, что истинный Аюр объявился именно тогда, когда его, Каргая, хитростью направили на ложный след, заставили погнаться за пустышкой… Ловчий вспомнил крашеного мальчишку Магана; сбивчивые рассказы о тайной переписке наместника с мятежными вендами…
«Как теперь мне быть?!»
Обдумав все обстоятельства и сделав выводы, Каргай быстро покинул столицу Бьярмы.
«Похоже, сейчас лучше оказаться подальше от наместника. Поеду к себе в Яргару. А там поглядим, как упадут кости…»
— Ясноликий Каргай! — Рядом с ловчим появился один из всадников, высланных в разведку. — Там толпа горожан. Бегут сюда, кричат, на помощь зовут…
— Что случилось?
— Говорят, Яргара захвачена!
— Кем?!
— А вон посадник сюда спешит, сейчас все расскажет…
Каргай недоверчиво слушал рассказ посадника, почему-то оказавшегося среди прочих беглецов. И чем дальше слушал, тем сильнее выпучивался его уцелевший глаз…
— Никто ж не ждал, никто не догадывался! — со слезой в голосе рассказывал городской голова. — Обычный день, ворота открыты. Возы ездят, люди ходят… И тут этот, чернокосый, на взмыленном коне. Стража при воротах решила, что гонец от наместника прибыл. Вышли ему навстречу… Так я их там потом и нашел — оба без головы. Видно, в один миг срубил — как стояли, так и упали. Торговцы кинулись прятаться от такой лютости. Этот спрыгнул с коня…
— А что делала городская стража?
— Так ее в городе всего шесть человек! Четверо как раз в сторожке сидели, только успели выскочить, и такое началось! Я сам не видел, люди рассказывали, что от них осталось. Один вроде за топор схватился, так рука с топором еще долго у крыльца лежала… — Градоначальник содрогнулся. — Охотник там был на торгу, шкуры привез. Сулицу метнул вражине в спину и даже попал — да только сулица отскочила, будто от заговоренного!
— Саконская кольчуга, вот и весь заговор, — поморщился Каргай.
— А злыдень развернулся, нож кинул — и нет больше охотника!
— Да понял я, понял. Дальше что?
— Ну, как стража полегла, я собрался с духом, вышел злыдню навстречу. Что, спрашиваю, тебе надо-то? А он: «Доброго коня — мой от раны помирает. Еды, теплой одежды…» И где я ему найду коня? Лося ему предложили, он только зашипел от злости. Найдите мне, говорит, коня, не то город сожгу! И ведь сожжет — что ему, упырю! Как только Исварха праведным огнем их змеиное племя еще не спалил!
— Потому вы все и сбежали? — хмыкнул ловчий.
— Я велел всем уходить — полыхнет еще! Решили до твоего приезда пожить за стенами. Ты уж спаси нас, славный маханвир! А мы для твоего войска все по самым лучшим ценам…
— Ступай. Разберемся…
Каргай неспешно поднимался к воротам, придерживая длинный кинжал, при каждом шаге колотивший по бедру.
— Эй, одноглазый! — раздался голос с надвратной башни. — Зачем пришел?
— Говорить с тобой. Если бы желал чего иного, пришел бы не один.
— Ишь, не один! Одно движение — и город запылает, как вязанка хвороста!
— Значит, будет где погреться, — равнодушно ответил ловчий. — Мне наплевать, сгорит Яргара или нет. До моего стана пожар не доберется.
— Твоего стана? Так, выходит, ты Каргай, главный ловчий блюстителя престола?
— Так и есть.
— И пришел сюда без охраны? — усомнился невидимый накх. — Я ведь могу убить тебя.
— Эка невидаль! Всякий живущий может убить другого. А тут мне бояться нечего. Лук вы, накхи, не уважаете, а мои люди как раз хорошо стреляют. Вот ты сейчас со мной говоришь, а может, с другой стороны к городской стене подползает этак сотня моих парней. Как думаешь, справишься?
— А ты попробуй!
— Надо будет — попробую, — оскалился Каргай. — А пока ты свою удаль показывать будешь, другая сотня в ворота войдет. И у меня еще две сотни за спиной останется… Хватит стращать друг друга, будто дети малые! Видишь — говорить с тобой пришел.