— Это и есть зеркало, — ответил Тулум. — Представь исполинский золотой диск, больше, чем сам храм! Он висит под землей, не опираясь ни на что, кроме собственной силы. Земля будто расступилась, не в силах вынести его соседство…
— Какое огромное! Но откуда ты знаешь…
Аюру вдруг вспомнились строки, которые он прочитал совсем недавно.
— Хварна и зеркало — движущие силы небесного корабля! Так вот о чем там было написано! А я-то думаю, что за зеркало… Но где же тогда сам корабль?!
Тулум раскинул руки, словно пытаясь обнять пустоту:
— Мы в нем! Храм Исвархи — это и есть золотой корабль!
— Храм Исвархи? — с сомнением повторил Аюр, представляя себе с детства знакомое величественное здание, увенчанное золотым куполом. — Но он не похож на корабль.
— Ты же читал главу о Четырех! Вспомни улетевшую башню в Белазоре!
Аюр широко распахнул глаза:
— Башня в Белазоре? Ах вот что… И ты знал?
— Конечно. А еще знал, что там некому встать к кормилу. Светоч — не Идущий по звездам, даже не Пронзающий облака. Увы, золотой корабль Белазоры для нас потерян. Светоч смог поднять его в небо, но дальше тот полетел, словно камень из пращи, брошенный наугад… Вероятно, он сейчас лежит на дне Змеева моря. Возможно, его падение и вызвало тот новый потоп на севере…
Аюр жадно разглядывал зеркало, но видел лишь тусклые металлические стены, уходящие в темноту. Он попытался представить его себе целиком и ощутил страх невесть почему.
— Хорошо, мы нашли его, — произнес он. — Что делать дальше?
— Пока не знаю. Оно спит во тьме. Чтобы зеркало пробудилось, надо чтобы на него упал луч солнца. Для этого его надо извлечь на поверхность.
— И как это сделать?
— Понятия не имею, — развел руками Тулум. — Попробуй приказать ему.
Аюр прикоснулся ладонью к металлу и закрыл глаза.
«Ты меня слышишь?» — мысленно позвал он.
Зеркало молчало.
Тулум стоял и смотрел, как беззвучно шевелятся губы юного государя. «Исварха Всемилостивый, помоги своему младшему сыну! — взмолился он. — Помоги нам всем!»
Аюр открыл глаза.
— Оно крепко спит, — сказал он. — Спит и видит сны и не хочет просыпаться.
— Священные книги говорят, что такое зеркало не может долго существовать без солнечного света, — глухим голосом ответил Тулум. — Оно начинает страдать и разрушать мир вокруг себя…
— Но это зеркало вовсе не страдает, — заметил Аюр. — Почему? Может, тут есть источник света? Или огня, который никогда не гаснет…
Тулум резко вскинул голову:
— Ну конечно! Главный жертвенник храма с его негасимым огнем!
Небо едва посветлело на востоке, когда Аюр и Тулум поднялись в храм. Их шаги гулким эхом отдавались среди пустых ночных чертогов под каменными сводами. Они шли мимо складов и мастерских, мимо сокровищниц и молелен. Мимо росписей, славящих все блага, что даровал этому миру господь Исварха, и мимо росписей, живописующих сражения Небесного Лучника со Змеем Бездны.
Они прошли через пустое пространство под куполом в главном храме, причем Аюру вдруг показалось, что он очутился на Змеином Языке и идет по ледяной корке, которая вот-вот лопнет у него под ногами. И то, что пол был сложен из толстых гранитных плит, вовсе не успокаивало.
В восточной части храма находилось возвышение, увенчанное неописуемой красоты золотыми Небесными Вратами, ведущими в символический Сад Исвархи. По обе стороны от Врат стояли статуи Высших Огней — святых помощников Господа Солнца. Даана-Будущее, держащая в руках яйцо еще нерожденного мира, и Асха-Прошлое, со свечой мировой памяти в руках. Между ними, за Вратами, поблескивал и дрожал язык пламени.
Тулум, сделав шаг в сторону, надавил носком сапога на неприметный выступ, и пустота храма наполнилась звоном колокольчиков и пением механических птиц. Небесные Врата сами собой распахнулись, впуская верховного жреца.
— Вот он, негасимый огонь, — сказал он, указывая перед собой на каменный стол жертвенника.
Над ним, не касаясь камня, плясал язык огня.
— Это пламя горит здесь уже больше четырехсот лет, — сказал Тулум. — Думаю, оно появилось здесь вместе с храмом. По легендам, сам храм появился в одну ночь…
— Да, — прошептал Аюр. — Я чувствую — это и есть огонь, питающий зеркало!
Глаза его сами собой закрылись. Он подошел к жертвеннику, протянул руки и погрузил их в пламя…
Тулум невольно ахнул. Однако священный огонь не причинял государю Аратты никакого вреда. Пламя лизало руки Аюра, а тот гладил его, рассеянно глядя вдаль, и будто к чему-то прислушивался…