Глава 23
За окнами палаты номер шестнадцать детского дома стояла непроглядная темнота. В большом помещении с облезлыми светло-зелеными стенами приглушенно горел свет единственной включенной люминесцентной лампы. Всему зданию детского дома давно уже требовался ремонт, но деньги на эти нужды никто не торопился выделять.
Кирилл, поджав под себя ноги, сидел на одной кровати рядом с другими четырьмя воспитанниками детского дома — Димкой, Николаем, Василием и Радмиром. Около часа назад объявили общий отбой.
Дмитрий ловкими отработанными движениями перетасовал колоду и начал раздавать карты по кругу. Это была необычная колода. Ее три месяца назад тайком пронес к ним бывший воспитанник детского дома, который пришел навестить младших товарищей. На ней были нарисованы обнаженные американские женщины. Эта колода хранилась у ребят в палате в особом секретном месте, где никто посторонний не мог ее обнаружить, и доставалась подростками только по ночам, когда объявляли отбой, чтобы перекинуться в парочку-другую партий в дурака перед сном.
Дмитрий полушепотом, чтобы не услышали проходившие мимо их палаты воспитатели, произнес обеспокоенным голосом, обращаясь к Беспалову:
— Кирилл, как так получилось? Сегодняшнее происшествие очень сильно взбудоражило всех! Говорят, что ты чуть не свернул шею Анне Николаевне!
Кирилл испуганно посмотрел на свои товарищей и выдавил из себя:
— Да это она сама все выдумала, ребята! Вы сами знаете, что мы с ней на ножах. Вот она и решила, видимо, притвориться, что я на нее напал.
Ребята с растерянностью и страхом смотрели на своего товарища. Никто не ожидал от тихони Кирилла такого. Тишину нарушил Василий, который решился задать следующий вопрос:
— А откуда же у нее на шее следы от рук оказались? Я сам лично видел — как будто пальцы чьи-то отпечатались на коже.
Димка даже перестал сдавать карты, ожидая, что же ответит Беспалов. Кирилл в сильном волнении в очередной раз выдавил из себя:
— Да откуда я могу знать? — завелся он. — Сама себя, наверное, душила или любовник ее, Карелин, может, вышел из себя! Ее же ведь уже не первый раз поколоченной видят.
В ту же секунду в голове у молодого Беспалова раздался сильный утробный звук. Он упал с кровати, сжав голову руками. Перед глазами все потемнело, а потом возникли пульсирующие вспышки света. Боль нарастала в геометрической прогрессии, пока все внезапно не стихло. Казалось, что прошло всего две-три секунды с начала приступа. Он потихоньку приоткрыл глаза, пытаясь в то же самое время встать на ноги. В палате уже почему-то мигала с характерным звуком люминесцентная лампа, открывая своим свечением перед его глазами ужасающую картину. Вокруг по всей комнате были разбросаны куски человеческих тел. Все от пола до потолка было забрызгано кровью. В ноздри ударил резкий запах гнилья. Он передвинул руку в сторону и почувствовал, что наткнулся на что-то теплое и липкое. Инстинктивно отдернув руку, он увидел, что это голова Димки, отделенная от тела. Тот смотрел на него немигающим стеклянным взглядом с выражением навеки застывшего ужаса на лице.
Кирилл попытался закричать, но из горла раздался только тихий писк. В ту же секунду его начало рвать на пол какой-то черной густой массой. Дверь в палату открылась, и в нее вошли люди в черных костюмах, масках и с оружием. Один из них подбежал к нему, что-то громко крича, пнул ногой в лицо… и Беспалов проснулся у себя в палатке, весь мокрый от пота. «Черт, когда же это все кончится? Надо же такому привидеться», — подумал он.
Кирилл взял с тумбочки полотенце и смахнул с себя обильный пот. Выпив почти литр воды, он наконец начал потихоньку приходить в себя. Посмотрев на часы, он увидел, что осталось еще полчаса до звонка будильника. Этого времени ему хватило, чтобы опять заснуть и провалиться в бездну сна без сновидений.
Глава 24
Казимир выдернул доску с гвоздями из лица подонка, перешагнул через тело второго, забрал с собой своих Дино и Тедди и направился на встречу с таинственным незнакомцем, который так неожиданно перевернул всю его жизнь в лучшую сторону. Он вышел на улицу и обомлел. На небе светила тысяча звезд, и каждая улыбалась ему, поздравляя с победой. В голове не умолкал одобрительный гул голосов, говорящих на неизвестном языке. Он припустился на прежнее место встречи, чуть не сбив с ног какого-то прогуливающегося дяденьку. Тот удивленно посмотрел на него, но потом в задумчивости отвернулся и вернулся к своим, по всей видимости, не очень веселым размышлениям. Казимир промычал извинение и направился дальше. Наконец он увидел прежнее место встречи. Оно было огорожено вокруг каким-то заборчиком. Спящего парня уже не было на земле. «Видимо, выспался хорошенько и направился к своей семье. Наверняка у него есть семья. Возможно, даже дети. И скорее всего, у него есть дочка. Я даже уверен в этом», — подумал мальчик.
Он зашел за ограждение и подошел к тому самому месту. Трава там была все еще примята от недавно лежавшего на ней тела. Казимир задрал голову в надежде увидеть там незнакомца, но на дереве никого не было. Он отложил свое орудие, которое прихватил, чтобы похвалиться перед незнакомцем, и присел под дерево. Из головы не выходила сцена его триумфа. Две победы за один день. Собака и хулиганы. Казимир почувствовал себя всемогущим. И неважно, что он полоумный. Главное, теперь он сам может решить любую проблему, не прибегая к помощи отца или каких бы то ни было других людей.
— Привет, Казимир! — вдруг откуда ни возьмись раздался резкий голос незнакомца. — Я уже здесь!
Мальчик от неожиданности вздрогнул, выронив одну из игрушек. Он обернулся на звук голоса и увидел своего нового друга. Тот стоял, прислонившись к дереву, крутил тросточку с металлическим резным набалдашником и лукаво улыбался мальчику. Казимир радостно вскочил и бросился к незнакомцу. Он крепко обнял его и заплакал. Все накопившиеся усталость и эмоции сегодняшнего дня одним махом выплеснулись наружу. Незнакомец присел на корточки, обнял мальчика и сказал:
— Ну же, не реви. Давай-ка, малец, лучше расскажи мне, как сегодня все прошло у тебя?
Казимир вытер слезы, поборол в себе рыдания и взахлеб начал рассказывать на языке жестов сегодняшние приключения, сопровождая это громким эмоциональным мычанием.
— Подожди, не так быстро. Я не понимаю, о чем ты говоришь! — Он нарочито почесал затылок. — Придумал! Вот, возьми-ка карандаш и листок. Теперь мы с тобой будем именно так общаться.
Он достал из внутреннего кармана пиджака кожаный коричневый блокнот, толстую увесистую золотую ручку и передал ее Казимиру. Тот взял весь набор, раскрыл блокнот и очень медленно начал выводить в нем буквы: «Я по-бе-дил…» Незнакомец тяжело вздохнул и сказал:
— Подожди. Так мы с тобой до утра здесь проторчим. А ведь нас не должны видеть. Ты помнишь, что это наш секрет?
Казимир утвердительно промычал.
— Ну и чудно. А теперь давай попробуем по-другому. Нарисуй мне, что сегодня произошло.
Мальчик присел на траву, высунул язык и начал выводить на листке две человеческие фигуры.
— Это два недоумка, которые тебя донимали?
Казимир утвердительно замычал.
— Хорошо, продолжай, — хмыкнул незнакомец.
Мальчик начал усиленно черкать на изображениях лиц у фигур. Он приложил столько усилий, что изорвал ручкой всю страницу.
— Не понял. Отрубил обоим башку? — вскинув брови, удивленно произнес незнакомец.