Дирк Фруде был семейный адвокат Вангеров.
– Как поживает Фруде?
– Ему скоро будет семьдесят. Я слежу за тем, чтобы он не скучал без дела.
Они пообедали вместе, и как-то незаметно для Микаэля получилось так, что Харриет стала делиться с ним самыми интимными подробностями своей жизни. Когда он прервал ее рассказ и спросил, почему она это делает, она, подумав немного, сказала, что в ее жизни он, кажется, единственный человек, от которого ей нет смысла что-либо скрывать. К тому же как не растаять перед мальчонкой, которого она нянчила сорок лет тому назад.
В ее жизни было трое мужчин, с которыми она занималась сексом. Первым был ее папенька, вторым – братец. Папашу она убила, а от брата сбежала. Ей как-то удалось все это пережить, встретить своего будущего мужа и начать жизнь заново.
– Он был нежный, любил меня, был надежным и честным. Я была с ним счастлива. Мы прожили с ним двадцать лет, потом он заболел.
– И ты больше так и не вышла замуж? Почему?
Она пожала плечами:
– Я осталась одна с тремя детьми и огромным фермерским хозяйством на руках. Мне просто некогда было пускаться на поиски романтических приключений. И отсутствие секса никогда меня не беспокоило.
Они помолчали.
– Уже поздно. Пора бы мне возвращаться в отель.
Микаэль кивнул.
– Ты хочешь меня соблазнить?
– Да, – ответил он.
Микаэль встал и за руку повел ее в дом и наверх по лестнице в спальню. Внезапно она его остановила.
– Я даже не знаю, как себя вести, – сказала она. – Я уже отвыкла от этого.
Выходные они провели вместе и с тех пор встречались раз в три месяца, после собраний правления «Миллениума». Прочных отношений у них не сложилось: Харриет Вангер была круглосуточно занята работой и часто уезжала из Швеции, поскольку каждый второй месяц проводила в Австралии. Но, судя по всему, своими нерегулярными и необязательными встречами с Микаэлем она дорожила.
Через два часа Мимми уже варила кофе, а Лисбет, обнаженная и потная, лежала поверх простыни на кровати. Она курила сигарету, разглядывая Мимми через приоткрытую дверь, и завидовала ее телу. Мимми обладала внушительными мускулами, поскольку три раза в неделю по вечерам тренировалась в спортзале. Один вечер она посвящала занятиям то ли тайским боксом, то ли чем-то вроде карате, благодаря чему находилась в прекрасной физической форме.
Выглядела она просто как конфетка. Это была не красота фотомодели, а настоящая привлекательность. Она любила провоцировать и дразнить окружающих, а в праздничном наряде могла заинтересовать кого угодно. Лисбет не понимала, почему Мимми обращает внимание на такую мокрую курицу, как она.
Но она была рада этому вниманию. Секс с Мимми приносил ей чувство полной свободы, Лисбет забывала обо всем и только наслаждалась тем, что давала ей Мимми.
Мимми вернулась к кровати с двумя кружками и поставила их на скамейку, потом легла и потрогала сосок Лисбет.
– Они у тебя о'кей, – сказала Мимми, – очень недурны.
Лисбет ничего не ответила, разглядывая грудь Мимми, которая оказалась у нее перед глазами. У Мимми тоже были совсем маленькие груди, но они отлично подходили к пропорциям ее тела.
– Если честно, Лисбет, ты выглядишь чертовски хорошо.
– Все это глупости. Подумаешь, грудь! Такая или сякая – не все ли равно. Хотя я рада, что у меня она теперь, по крайней мере, есть.
– Ты слишком много думаешь о своем теле.
– Кто бы говорил! Сама вон тренируешься как сумасшедшая!
– Я тренируюсь как сумасшедшая, потому что мне нравится тренироваться. Я от этого получаю кайф, почти такой же, как от секса. Попробовала бы тоже!
– Я занимаюсь боксом, – сказала Лисбет.
– Какой там у тебя бокс! Ты иногда целый месяц не занимаешься, а когда приходишь, так только потому, что тебе нравится отделывать под орех этих сопливых мальчишек. Это совсем не то, что тренироваться ради хорошего самочувствия.
Лисбет пожала плечами. Мимми уселась на нее и теперь смотрела сверху:
– Лисбет! Ты вечно грызешь сама себя и слишком комплексуешь из-за своего тела, но пойми, в постели ты мне нравишься не из-за внешности, а за то, как ты себя ведешь. По-моему, ты ужасно сексапильна.
– А по-моему – ты. Потому я к тебе и вернулась.
– Из-за этого? А не из-за любви? – спросила Мимми нарочито обиженным тоном.
Лисбет помотала головой:
– У тебя-то сейчас кто-нибудь есть?
Мимми подумала и кивнула:
– Может быть. Что-то вроде. Возможно. Словом, тут все непросто.
– Я не лезу в твои дела.