– О'кей.
– Бубла, – вмешался Экстрём. – «Милтон секьюрити» возглавляет Драган Арманский. Я познакомился с ним несколько лет тому назад в связи с другим расследованием. На него можно положиться. Съезди к нему и лично поговори с ним о Саландер. Ты еще успеешь застать его до конца рабочего дня.
У инспектора Бублански сделалось недовольное лицо – отчасти потому, что Экстрём, обращаясь к нему, употребил его прозвище, отчасти потому, что его предложение прозвучало как приказ.
– Мудиг, ты продолжишь поиски адвоката Бьюрмана. Загляни к его соседям. Мне кажется, что его тоже нужно поскорее найти.
– Хорошо.
– Надо поискать, есть ли какая-то связь между Саландер и парой из Энскеде. Также нужно найти следы Саландер в Энскеде в то время, когда произошло убийство. Ты, Йеркер, возьмешь ее фотографии и расспросишь соседей. Зайди к ним вечерком. Прихвати с собой ребят в форме.
Бублански умолк и почесал в затылке.
– Черт возьми! Еще бы немножко везения, и, глядишь, мы разберемся с этим делом за сегодняшний вечер. Я ведь думал, что оно затянется надолго.
– И еще одно! – добавил Экстрём. – Предстоит встреча с представителями СМИ. Я назначил пресс-конференцию на три часа. Я с ней управлюсь, если получу в помощь кого-нибудь из представителей пресс-службы. Думаю, кто-то из журналистов позвонит и вам. Так вот: насчет Саландер и Бьюрмана постарайтесь как можно дольше ничего не говорить!
Все закивали в знак согласия.
Драган Арманский собирался уйти с работы пораньше. Сегодня был уже Великий четверг, а они с женой хотели на все праздники уехать в загородный дом на Блиде. Он как раз застегнул портфель и надел пальто, как вдруг ему позвонили снизу из вестибюля и сказали, что к нему пришел инспектор уголовного розыска Ян Бублански. Арманский не был знаком с инспектором Бублански, однако уже того, что к нему явился представитель полиции, было достаточно, чтобы со вздохом вернуть пальто на вешалку. Ему не хотелось никого принимать, но фирма «Милтон секьюрити» не могла позволить себе быть невежливой с полицией. Гостя он встретил в коридоре у лифта.
– Спасибо, что согласились уделить мне время, – начал Бублански. – Мой шеф, прокурор Рихард Экстрём, велел вам кланяться.
Они пожали друг другу руки.
– Экстрём... Да, мне приходилось иметь с ним дело пару лет назад. Хотите кофе?
Взяв в кофейном автомате два стаканчика, Арманский открыл дверь своего кабинета и усадил Бублански за столик перед окном, возле которого стояли удобные кресла для посетителей.
– Арманский – это русская фамилия? – поинтересовался Бублански. – У меня тоже фамилия на «-ски».
– Мои предки родом из Армении. А ваши?
– Из Польши.
– Чем могу быть полезен?
Бублански достал блокнот и раскрыл на нужной странице.
– Я работаю над расследованием убийства в Энскеде. Думаю, вы слышали об этом в утренних новостях.
Арманский кивнул.
– Экстрём говорил, что вы не станете болтать.
– При моей работе ссориться с полицией ни к чему. Могу вас заверить, что я умею молчать.
– Хорошо. В данный момент мы разыскиваем человека, который раньше у вас работал. Это женщина, ее зовут Лисбет Саландер. Вы знаете ее?
Арманский почувствовал, как в животе у него словно заворочался тяжелый камень, но он и бровью не повел.
– По какой причине вы разыскиваете фрекен Саландер?
– Скажем так: у нас есть причины считать ее причастной к этому делу.
Камень в животе Арманского вырос в размере и причинял почти физическую боль, но выражение его лица оставалось непроницаемым. С первого дня знакомства с Лисбет его не покидало тревожное ощущение, что некоторые особенности ее личности неминуемо приведут эту девушку к какой-нибудь катастрофе, но он всегда мысленно видел ее в роли жертвы, а не преступницы.
– То есть вы подозреваете Лисбет Саландер в совершении двойного убийства в Энскеде. Я правильно понял?
Помедлив секунду, Бублански утвердительно кивнул.
– Что вы можете рассказать о Саландер?
– А что вы хотели бы знать?
– Во-первых, как нам ее найти?
– Она живет на Лундагатан. Чтобы сказать точный адрес, мне нужно посмотреть записи. У меня есть номер ее мобильного телефона.
– Адрес мы знаем. Номер мобильника – это интересно.
Арманский отошел к письменному столу, нашел номер и продиктовал его. Бублански записал.