– Вы ездили поездом?
– Я не люблю летать самолетом.
– И вы не видели крупных заголовков сегодняшних шведских газет?
– Я только что прибыла ночным поездом и приехала домой на метро.
Констебль Бубла задумался. Сегодня на первых страницах не было упоминаний о Саландер. Он встал, вышел из комнаты и через минуту вернулся с воскресным выпуском «Афтонбладет», в котором на первой странице красовалась увеличенная во весь лист паспортная фотография Лисбет Саландер.
Мириам By чуть не грохнулась со стула.
Следуя указаниям Гуннара Бьёрка, шестидесяти двух лет, Микаэль Блумквист добрался до летнего домика в Смодаларё. Домик представлял собой современную виллу для круглогодичного проживания с видом на кусочек Юнгфруфьерда. По песчаной дорожке он подошел к дому и позвонил в дверь. Гуннар Бьёрк оказался довольно похож на паспортную фотографию, найденную Дагом Свенссоном.
– Здравствуйте! – сказал Микаэль.
– Нашли дорогу! Ну хорошо.
– Без труда.
– Заходите! Устроимся на кухне.
– Отлично!
Гуннар Бьёрк производил впечатление здорового человека, он только немного прихрамывал.
– Вот, сижу на больничном, – сказал он.
– Надеюсь, что ничего серьезного, – отозвался Микаэль.
– Мне предстоит операция по поводу перелома мениска. Кофе пить будете?
– Нет, спасибо, – отказался Микаэль, усаживаясь на кухонный стул, и, расстегнув сумку, достал из нее папку. Бьёрк расположился напротив.
– Ваше лицо мне показалось знакомым. Мы не встречались раньше?
– Нет.
– Но у вас что-то очень знакомое лицо.
– Может быть, вы видели меня в газетах?
– Как, вы сказали, вас зовут?
– Микаэль Блумквист. Я – журналист и работаю в журнале «Миллениум».
На лице Гуннара Бьёрка появилось растерянное выражение. Затем его озарило. Калле Блумквист. Дело Веннерстрёма. Однако он еще не догадался, что из этого следует.
– «Миллениум». Я не знал, что вы занимаетесь исследованием рынка.
– Только иногда в виде исключения. Я хочу, чтобы вы взглянули на три снимка и решили, какая из трех моделей вам нравится больше всех.
Микаэль разложил на столе три распечатанные фотографии девушек. Одна из них была скачана с порносайта в Интернете, две другие представляли собой увеличенные цветные фотографии из паспорта.
Гуннар Бьёрк внезапно побледнел:
– Я не понимаю...
– Не понимаете? Вот это – Лидия Комарова, шестнадцатилетняя девушка из Минска. А это Мьянг Со Чин, известная как Йо-Йо из Таиланда. Ей двадцать пять лет. И наконец, перед вами Елена Барасова девятнадцати лет из Таллинна. Вы покупали секс-услуги всех трех женщин, и я хочу знать, какая из них вам больше всего понравилась. Считайте это исследованием рынка.
Бублански с сомнением смотрел на Мириам By, которая отвечала ему сердитым взглядом.
– Итак, подведем итог: вы утверждаете, что знакомы с Саландер около трех лет. Этой весной она безвозмездно переписала на вас свою квартиру, а сама куда-то переехала. Время от времени вы с ней занимаетесь сексом, когда она у вас появляется, но вы не знаете, где она живет, чем занимается и на какие средства существует. И вы хотите, чтобы я поверил?
– Плевать мне, верите вы или нет! Я не совершила ничего противозаконного, а как я живу и с кем занимаюсь сексом, это не ваше дело и вообще никого не касается.
Бублански вздохнул. Узнав утром, что Мириам By внезапно появилась у себя дома, он вздохнул с облегчением. Наконец-то хоть какой-то шаг вперед! Но то, что он от нее услышал, ничего не проясняло. Все это звучало очень странно. Однако проблема была в том, что он верил Мириам By. Она отвечала на вопросы ясно и четко, без колебаний, могла назвать место и время своих встреч с Саландер и так детально рассказала о том, как происходил ее переезд на Лундагатан, что и Бублански, и Мудиг сразу поверили, что вся эта странная история совершенно правдива.
Ханс Фасте присутствовал при допросе и слушал Мириам By со все возрастающим раздражением, но кое-как удержался от того, чтобы вмешаться. На его взгляд, Бублански вел себя с китайской девчонкой как размазня, она же ему дерзила и говорила много лишнего, увиливая от прямого ответа на единственный важный вопрос, а именно вопрос о том, где, черт побери, прячется эта проклятая шлюха Лисбет Саландер!
Но Мириам By не знала, где пребывает Лисбет Саландер. Она не знала, где Саландер работает, и никогда ничего не слышала про «Милтон секьюрити», про Дага Свенссона или про Миа Бергман и, следовательно, не могла ответить ни на один действительно важный вопрос. Она не подозревала о том, что Саландер находится под опекой, что в юности она неоднократно поступала на принудительное лечение и что в ее характеристике присутствуют длинные абзацы рассуждений на темы психиатрии.