– Гм... – промычал Йеркер Хольмберг. – Но хозяин этого дома – покойный адвокат Бьюрман, и он уж точно здесь не живет.
– Возможно, был еще и третий участник, и он уехал на машине.
– А почему бы им тогда не уехать на ней вдвоем? Я исхожу из того, что в этой истории угон мотоцикла «харлей-дэвидсон» не главное, как бы правдоподобно это ни выглядело на первый взгляд.
Подумав немного, он попросил у начальника пикета выделить двоих полицейских, чтобы они посмотрели, не найдется ли где-нибудь на лесной дорожке оставленного средства передвижения, а затем порасспрашивали бы соседей, не заметил ли кто-нибудь чего-нибудь необычного.
– В это время года народу здесь не густо, – сказал начальник пикета, но обещал, что сделает все возможное.
Затем Хольмберг открыл так и оставшуюся незапертой дверь летнего домика и сразу же наткнулся на лежащие на кухонном столе папки с документами о Лисбет Саландер, которые собрал Бьюрман. Сев на стул, он принялся читать.
Йеркеру Хольмбергу повезло. Уже через тридцать минут после того, как начался обход домов, полицейские наткнулись на Анну Викторию Ханссон, которая в этот весенний день убирала мусор в саду возле дороги, ведущей в глубь дачного поселка. «Как же! – сказала она. – Вижу я, слава богу, хорошо». Выяснилось, что видела она одетую в черную куртку девицу маленького роста, прошедшую мимо примерно во время обеда. В пятнадцать часов проехали двое на мотоциклах, треск стоял ужасный. А вскоре девица проехала в обратном направлении на одном из тех мотоциклов. Ну а потом появились полицейские.
В то время как Йеркер Хольмберг выслушивал этот отчет, к домику подъехал Курт Свенссон.
– Что тут было? – спросил он.
Йеркер Хольмберг мрачно взглянул на своего коллегу.
– Сам не знаю, как это объяснить, – ответил Хольмберг.
– Никак ты, Йеркер, собираешься меня убедить, что Лисбет Саландер объявилась у летнего домика Бьюрмана и сама набила морду высшему руководству «Свавельшё МК»? – спросил по телефону Бублански. Голос его звучал напряженно.
– Ну так она же тренировалась под руководством Паоло Роберто...
– Перестань, Йеркер!
– Тогда слушай. У Магнуса Лундина стреляная рана в ступню. Он может остаться хромым на всю жизнь. Пуля прошла ему через пятку.
– По крайней мере, она не стала стрелять ему в голову.
– Вероятно, в этом не было необходимости. Согласно докладу пикета, Лундин получил тяжелые травмы лица, у него сломана челюсть и выбито два зуба. Врач «скорой помощи» подозревает сотрясение мозга. Кроме раны в ноге он жалуется на сильные боли внизу живота.
– А что там с Ниеминеном?
– У него, кажется, никаких травм. Но по словам мужчины, который позвонил в полицию, он застал его лежащим без сознания. Он не отвечал на вопросы, но потом пришел в себя и пытался удрать с места происшествия, как раз когда подъехал пикет.
Впервые за долгое время Бублански выглядел совершенно растерянным.
– Одна непонятная деталь,- добавил Йеркер Хольмберг.
– Еще что-то?
– Не знаю, как и описать. Кожаная куртка Ниеминена... Он ведь приехал туда на мотоцикле.
– Да?
– Куртка у него была порвана.
– Как порвана?
– Из нее был выдран кусок. Приблизительно размером двадцать на двадцать сантиметров. На спине куртки вырезан лоскут как будто ножницами или ножом, и как раз в том месте, где была надпись «Свавельшё МК».
Бублански приподнял брови.
– Зачем Лисбет Саландер было вырезать кусок его куртки? Как трофей, что ли?
– Не представляю себе. Но я тут подумал... – сказал Йеркер Хольмберг.
– О чем?
– Магге Лундин толстопузый, он блондин, носит конский хвост. Один из парней, похитивших приятельницу Лисбет Саландер Мириам By, по описанию был тоже блондином с пивным брюшком и конским хвостом.
Лисбет Саландер давно уже не испытывала такого захватывающего ощущения – с тех пор как побывала в «Грёна Лунд»[148] и увидела там аттракцион «Свободное падение». Она прокатилась три раза и с удовольствием каталась бы еще, если бы у нее не кончились деньги.
Она поняла, что одно дело водить легкий «кавасаки» с двигателем на 125 кубиков, который, в сущности, всего лишь немного усиленный мопед, и совсем другое – управлять «харлей-дэвидсоном» с двигателем на 1450 кубиков. Первые триста метров пути по ухабистой лесной дороге были хуже американских горок, ее так и кидало во все стороны. Два раза она чуть не вылетела из седла вверх тормашками и только в последнюю секунду справилась с управлением. Эта езда напоминала скачку верхом на взбесившемся лосе.