Глава 18
22 ноября
Габриэлла Гране как раз собиралась идти на экстренное совещание с Хеленой Крафт и рабочей группой СЭПО по поводу разразившейся на Свеавэген драмы, когда у нее зажужжал ее личный мобильный телефон. И хотя она пребывала в ярости — или, возможно, именно поэтому, — Габриэлла быстро ответила:
— Да?
— Это Эрика.
— Привет. Я сейчас не могу разговаривать. Созвонимся позже.
— Я только… — продолжила та.
Но Габриэлла уже положила трубку. Сейчас было не время для разговоров с друзьями, и она вошла в зал для совещаний с таким лицом, будто собиралась развязать небольшую войну. Произошла утечка ключевой информации, в результате чего убит еще один человек, а другой, по всей видимости, серьезно ранен, и ей больше чем когда-либо хотелось послать всех собравшихся к черту. Они проявили такую беспечность и так самозабвенно гонялись за новой информацией, что потеряли голову. В течение полуминуты Габриэлла не слышала ни слова из сказанного группой. Она просто сидела, предаваясь злости.
Внезапно Гране насторожилась. Говорили о том, что Микаэль Блумквист позвонил в колл-центр еще до того, как на Свеавэген раздались выстрелы. Это было очень странно. А сейчас звонила Эрика Бергер, которая обычно никогда не звонит без повода, особенно в рабочее время. Может, она хотела сказать что-то важное или даже решающее? Габриэлла встала и извинилась.
— Габриэлла, я считаю очень важным, чтобы ты послушала, — необычно сурово сказала Хелена Крафт.
— Мне необходимо ответить на звонок, — ответила она, вдруг совершенно не заботясь о том, чтобы угодить руководителю СЭПО.
— Что за звонок?
— Всего один звонок, — произнесла Гране.
Покинув коллег, она пошла к себе в кабинет и немедленно перезвонила Эрике Бергер.
Эрика сразу попросила Габриэллу положить трубку и позвонить ей на телефон «Самсунг». Когда подруга вновь оказалась на проводе, Бергер тотчас уловила, что с нею произошла какая-то перемена. В ее голосе не осталось ничего от обычного дружелюбного энтузиазма. Напротив, он звучал нервно и строго, как будто его хозяйка изначально предчувствовала, что Эрика сообщит нечто важное.
— Привет, — только и сказала она. — У меня по-прежнему чертовски напряженно со временем. Это касается Августа Бальдера?
Эрика почувствовала себя крайне неловко.
— Откуда ты знаешь? — спросила она.
— Я работаю с расследованием и только что услышала, что Микаэль получил какую-то предварительную наводку по поводу того, что произойдет на Свеавэген.
— Значит, вас уже проинформировали?
— Да, и теперь нас, конечно, очень интересует, как такое могло получиться.
— Сорри. Вынуждена сослаться на защиту источника.
— О’кей. Но что ты хотела? Зачем звонила?
Эрика закрыла глаза и набрала побольше воздуха. Как она могла быть такой идиоткой?
— Боюсь, что должна обратиться к кому-нибудь другому. Не хочу вовлекать тебя в этический конфликт.
— Я готова на любой этический конфликт, Эрика. Но мне невыносимо думать, что ты от меня что-то скрываешь. Это расследование важнее, чем ты можешь себе представить.
— Неужели?
— Да. Дело в том, что меня тоже заранее предупреждали. Я узнала, что над Бальдером нависла серьезная угроза. Но я все равно не сумела помешать убийству, и с этим мне придется жить всю оставшуюся жизнь. Так что давай не темни.
— Пожалуй, я все-таки должна, Габриэлла. Мне жаль, но я не хочу, чтобы тебе из-за нас крепко досталось.
— Я встретилась с Микаэлем в Сальтшёбадене в ночь убийства.
— Он об этом ничего не говорил.
— Я посчитала, что ничего не выиграю, если напомню ему, что мы знакомы.
— Возможно, это было умно.
— Мы могли бы помочь друг другу в этой неразберихе.
— Звучит хорошо. Я скажу Микаэлю, чтобы он тебе позвонил. Но сейчас мне надо разобраться с этим делом.
— Мне, как и вам, известно, что в полиции существует утечка. Я понимаю, что в такой ситуации союзников надо подбирать очень осторожно.
— Безусловно. Мне жаль, но я должна продолжать поиски.
— О’кей, — разочарованно сказала Габриэлла. — Я сделаю вид, что этого разговора не было. Удачи!
— Спасибо, — ответила Эрика и продолжила перебирать своих знакомых.
Габриэлла вернулась на совещание в глубокой задумчивости. Что же хотела Эрика? Она не поняла этого. И все же ей казалось, что она о чем-то догадывается… Но в ее мыслях ничего проясниться не успело.