Он посмотрел на коллегу. Зандер выглядел таким молодым и энергичным, что хватило бы и половины этого. Он сидел и, время от времени поспешно просматривая свои записи, печатал на компьютере так, будто только что сюда пришел. Однако Зандер находился в редакции с пяти часов утра, а сейчас было без четверти шесть вечера, и перерывов он почти не делал.
— Что скажешь, Андрей? Не пойти ли нам выпить пива, чего-нибудь съесть и обсудить нашу историю?
Поначалу Зандер, казалось, не понял вопроса. Но затем поднял голову и внезапно полностью утратил энергичный вид. Слегка поморщившись, он помассировал плечо.
— Что… да… возможно, — медленно произнес он.
— Я воспринимаю это как согласие, — сказал Микаэль. — Как ты смотришь на «Фолькоперан»?
Бар и ресторан «Фолькоперан» находились на Хурнсгатан, неподалеку от них, и туда любили наведываться журналисты и люди с художественными наклонностями.
— Вот только… — отозвался Андрей.
— Что?
— Мне надо заниматься портретом продавца произведений искусства с аукциона «Буковскис», который сел на поезд на Центральном вокзале в Мальмё, но так и не вернулся. Эрика считает, что он хорошо подойдет для раздела «разное».
— Господи, как эта женщина тебя эксплуатирует…
— Я так вовсе не думаю. Но у меня что-то не складывается. Текст получается очень путаным и неживым.
— Хочешь, я посмотрю?
— С удовольствием, но мне хотелось бы сперва немного продвинуться. Я сгорю со стыда, если ты увидишь текст в таком состоянии.
— Тогда подождем. Но давай, по крайней мере, сходим немного поедим. Потом ты сможешь вернуться и продолжить работу, раз уж тебе так надо, — предложил Микаэль и посмотрел на Андрея.
Эта картина будет долго вставать у него перед глазами: Зандер, в пиджаке в коричневую клетку и расстегнутой у ворота белой рубашке, выглядящий как кинозвезда, или, во всяком случае, больше обычного похожий на молодого Антонио Бандераса, на растерянного Бандераса.
— Мне, пожалуй, все-таки лучше остаться и разобраться с этим, — с сомнением в голосе проговорил он. — У меня в холодильнике есть немного еды, которую можно разогреть в микроволновке.
Блумквист задумался, не потребовать ли, по праву старшего, чтобы Андрей составил ему компанию на пиво. Но потом сказал:
— Ладно, увидимся завтра. Как там у них дела? Рисунка убийцы пока нет?
— Похоже, что нет.
— Завтра нам придется найти другое решение. Смотри не переработай, — сказал Микаэль, встал и надел пальто.
Лисбет припомнила, что когда-то давно читала о савантах в журнале «Сайенс». В одной из статей специалист по теории чисел Энрико Бомбиери ссылался на эпизод из книги Оливера Сакса «Человек, который принял жену за шляпу», где два умственно отсталых близнеца-аутиста сидели, откинувшись на спинки стульев, и повторяли друг за другом огромные целые числа так, будто видели их перед собой в каком-то внутреннем математическом ландшафте, или даже нашли некий загадочный кратчайший путь к таинству чисел.
Конечно, то, что удавалось близнецам, и то, что стремилась создать Лисбет, было двумя разными вещами. Однако ей подумалось, что некое родство все-таки существует, и она решила попробовать, хотя в успех почти не верила. Поэтому Саландер снова извлекла зашифрованный файл АНБ и собственную программу для факторизации с помощью эллиптических кривых. Затем опять повернулась к Августу. Тот ответил раскачиванием верхней частью тела взад и вперед.
— Натуральные числа. Ты любишь натуральные числа, — сказала она.
Мальчик не посмотрел на нее и отнюдь не прекратил раскачиваться.
— Мне они тоже нравятся, — продолжила Лисбет. — Но сейчас меня больше всего интересует одна вещь. Она называется факторизацией. Ты знаешь, что это такое?
Август, раскачиваясь, уставился в стол и, казалось, ничего не понимал.
— Факторизация целых чисел — это когда мы переписываем цифру в произведение натуральных чисел. Под произведением я имею в виду результат умножения. Ты следишь за моей мыслью?
У Августа не дрогнул ни один мускул лица, и Лисбет задумалась, не стоит ли ей просто-напросто заткнуться.
— Согласно фундаментальной теореме арифметики, каждое натуральное число можно уникальным образом факторизовать, и это довольно увлекательно. Такое простое число, как 24, мы можем получить разными способами, например, умножив 12 на 2, или 3 на 8, или 4 на 6. Тем не менее существует только один способ факторизовать его целыми числами: 2 х 2 х 2 х 3. Ты слушаешь? Все числа обладают уникальной факторизацией. Проблема же заключается только в том, что умножать целые числа и получать большие числа легко. Но часто бывает безнадежным идти обратным путем, от ответа обратно к целым числам, и один очень глупый человек воспользовался этим в тайном сообщении. Понимаешь? Это немного напоминает смешивание сока со спиртным: смешать легко, а снова разделить куда труднее.