- Значит, философы правы, - сказал рыцарь. - Середина земли и правда жидкая.
Этан улыбнулся.
- Верно, но поверишь ли, в жидком состоянии находятся металлы, а не вода. Вильямс сможет объяснить это лучше меня. - Он повернулся и позвал. - Миликен?!
- Конец нашим морским исследованиям, - Септембер снова пристегнул излучатель к поясу. - Ближайший родственник этой живой пасти, которого мы рискуем разбудить, может оказаться еще больше. Чего вы раскричались, дружище?
- Мы не можем найти Миликена. Я думал, что он изучает тело, но…
- Я здесь! - Они взглянули направо, откуда звучал голос. Учитель стоял в дальнем конце пещеры, где лед уступал место каменистым склонам. Когда они направились к нему, он пригнулся и исчез из виду.
- Что, еще одна пещера? - поинтересовался Этан вслух. Другие траны последовали за ними.
Когда они достигли поворота, за которым скрылся Миликен, он был уже далеко впереди. Лед все так же покрывал камень и гравий слоем толщиной в несколько метров.
- Что это? - Септембер с интересом посмотрел на еще одну ледяную стену. - Новый туннель?
- Нет. - Тяжело дыша, учитель вернулся обратно. - Похоже, пещеры продолжаются бесконечно в северо-западном направлении. Местами лед подступает к острову ближе, в других - снова отступает. Должно быть, эти переходы тянутся по всей окружности острова. - Он жестом показал назад, на ныне скрытую пещеру.
- На такой глубине, по крайней мере, в этом регионе, вулканическое тепло как результат деятельности вулканов в глубине острова, распространяется вширь, а не вверх. Возможно, мы находимся на уровне, параллельном каким-то горизонтальным течениям магмы.
- Тогда выходит, что, если мы будем следовать очертаниям острова, - указал Септембер, - то сможем оказаться прямо под гаванью, где пришвартован наш корабль.
- Ну, и что из этого? - спросил Гуннар.
Этан проверил свой излучатель.
- Наше оружие все еще на три четверти заряжено, Гуннар. Мы можем пробить себе дорогу в виде туннеля, ведущего назад. Мы не могли бы пробить камень, но, для того, чтобы растопить лед, энергии у нас предостаточно. - Он повернулся к Вильямсу. - Как вы думаете, вам удастся определить, когда мы окажемся под “Сландескри”, Миликен?
- О, Господи… Не знаю… Если учитывать угол нашего спуска из замка… Честное слово, не знаю.
- Постарайтесь изо всех сил. В конце концов, неважно, в каком месте мы выберемся, но вероятность бегства с острова в этом случае увеличивается.
Когда это предположение было сообщено команде, которая к тому времени постепенно вошла в пещеру, новость значительно подняла настроение. Траны, давно уже отдавшие и тело, и душу Тьме, неожиданно приободрились. Возможная встреча с врагами из плоти и крови их устраивала куда больше, чем видения из мира Тьмы.
Коридор продолжался вокруг полузатопленного берега. В одном месте земля была настолько теплой, что лед превратился в черную воду, но моряки категорически отказались шлепать по воде. Этану и Септемберу пришлось тратить бесценную энергию и прокладывать сухую дорожку во льду в виде ступенек сначала вверх, а затем снова вниз, в коридор. Они осторожно продвигались вперед. Было бы крайне нежелательно удаляться от твердой почвы и начинать пробивать дорогу сквозь неизмеримую толщу льда, покрывавшего океан.
Они остановились передохнуть, и некоторые траны оправились настолько, что выразили желание перекусить. Спустя несколько часов, Вильямс осторожно сказал:
- Здесь. - Он поднял левую руку, указывая под небольшим углом вверх по склону. - Начинайте здесь. Если нам удастся протаять себе дорогу под углом в сорок пять градусов, мы выйдем на поверхность под кораблем.
- А насколько вы в этом уверены, Миликен?
Учитель мрачно посмотрел на Этана:
- Не очень.
- Честный ответ. Ребята, я начинаю.
Септембер настроил свой излучатель. После нескольких пробных выстрелов ему удалось найти режим, сочетавший довольно широкий луч и достаточную энергию, позволявшую растапливать белый ледяной потолок над ними. Вода потекла им под ноги, создавая неудобство и для транов, и для людей, хотя и по различным причинам.
Этан продвигался непосредственно за Септембером, и вдруг почувствовал, что сердце колотится в груди сильнее, чем этого требует подъем. Дыхание стало частым и тяжелым, глаза метались по круглому туннелю. Он понял, что, если он закрывает глаза, это помогает ему успокоить дыхание и стук сердца, молодом раздававшийся у него в груди. Вильямс дотронулся до его ботинка, и Этан подскочил.