- Клаустрофобия?
Этан, не открывая глаз, повернулся назад и энергично закивал.
- Постарайтесь не думать об этом. Не думайте ни о чем. Попробуйте петь.
Этан послушался, припоминая популярный мотивчик своей юности. Сердце стало стучать, почти как обычно, и дыхание тоже перестало быть таким затрудненным. Концентрируйся, приказывал он себе. Думай просто, как “Мерривилья костер разожгла, костер разожгла, костер разожгла… Мерривилья в пляс пошла…” Только не об этих тоннах и тоннах и тоннах льда у тебя над головой, под ногами и с боков, что сдавливают тебя отовсюду, сдавливают, сдавливают…
Когда пришла его очередь пробивать дорогу, он не смог этого сделать. Он не замерз и не потерял сознания, но один вид твердого, как скала, льда прямо перед ним и сознание того, что сотни нетерпеливых транов напирают сзади, блокируя отступление, были непосильны для него. Пришлось показать Гуннару, как управляться с излучателем, и тот занял место Этана, не сказав ни слова, когда переползал через полупарализованного торгового агента.
К счастью, длина туннеля увеличивалась столь же быстро, как только они успевали карабкаться вверх. Сильный поток энергии продолжал порождать ручей, который все тек и тек, заливая им лодыжки, а потом - и колени.
Пришло время, когда Септембер выключил свой излучатель, поменялся местами с Вильямсом и затем, помолчав, посмотрел вверх.
- Наверху свет. Свет пробивается через лед!
Восторженные крики заполнили туннель, пока рыцари и корабельные офицеры не сочли нужным успокоить своих подчиненных. Септембер сочувственно посмотрел на Этана.
- Будет лучше, приятель, если мы станем выбираться на поверхность, когда солнце уже совсем сядет. Если ты этого не вынесешь, тогда мы можем…
Этан повернулся и прислонился спиной к стене туннеля, осел, обхватив руками колени, и опустил между ними голову.
- Я могу подождать, - коротко ответил он. Септембер только молча кивнул.
Решение быстро передали вниз по туннелю. Моряки стали устраиваться, чтобы успеть вздремнуть в неудобных положениях, а другие принялись чистить и затачивать когти на руках и ногах - свое единственное оружие.
Гуннар тихо разговаривал с Эльфой и сидевшей чуть пониже ее Тиильям Хох. Этан, до которого временами доносились обрывки разговора, догадался, что они говорят о том, что произошло в замке. Он решил не прислушиваться к разговору, не имея ни малейшего желания узнать подробности этого варварства. Хватит уже того, что он видел шрамы и синяки на лице и теле Эльфы, слушал, какие душевные увечья были нанесены Тиильям. Кошмары и без того уже преследовали его.
Когда на поверхности земли спустилась тьма, спящих разбудили. Все факелы были потушены.
- Дай мне, - сказал Этан, протягивая руку за излучателем.
Септембер с одобрением посмотрел на него, затем поменялся с ним местами.
- Настройте луч, чтобы он был широким и коротким, дружище.
- Я ведь не так уж беспомощен, между прочим.
Этан повернулся к стене льда перед ним и начал работу на такой частоте, когда из линз излучателя исходило еле заметное голубое свечение. Септембер ничего не ответил, и молчание его было красноречивым.
Наверху виднелось свечение, как от приглушенного освещения. Этан выключил излучатель, поднял обе руки в перчатках и изо всех сил ударил. Осколки льда застучали по его маске, когда он пробил лед.
Очень осторожно он высунул наружу голову. Словно старый друг, возвращающийся с каникул, неизменный ветер коснулся его затылка.
Низкая деревянная стена поднималась метрах в десяти справа от него, повторяя очертания берега Пойолавомаара. Он повернулся. Впереди и позади него виднелись пирсы и причалы. К каждому из них была привязана пара небольших суденышек. Все было тихо, и свет горел только на одном из них. Сейчас, когда температура уже достигла минус тридцати по Цельсию, и моряки, и купцы, несомненно, предпочитали искать убежища в теплых тавернах или каютах.
Далеко, над каменной стеной, поблескивали яркие огни города. Временами ветер доносил чей-то крик.
Этан оглянулся и снова нырнул в туннель. Встревоженные лица, пушистые и в масках, с ожиданием уставились на него.
- Мы в гавани, между концами двух пирсов. Но я ничего не узнаю и не вижу корабля.
- Пропустите-ка меня.
Извиваясь, как червяк, Гуннар пробрался мимо Этана. Эльфа, Тиильям, Терсунд и еще один моряк последовал за ним, и в узком коридоре их мускусный залах был особенно ощутим. Гуннар оглянулся на Этана.
- О, мои странно одетые друзья, вы должны оставаться здесь. И вы, и ваше чудесное оружие, могут вызвать подозрения.