- Мой господин и друг Ракосса, - сказал дружелюбно Ре-Виджар, выступая вперед, но при этом стараясь не дотронуться до сверхчувствительного ландграфа, - мы уже получили убедительные объяснения. Эти добрые люди никогда не видели и не слышали о корабле или о женщине, которых мы ищем.
- Я подтверждаю, что это правда. - К’ферр сделала шаг вперед. - Принимая во внимание ваши враждебные действия по отношению к нам, я думаю, мы проявили к вам достаточно любезности и терпения. Я предлагаю вам покинуть Молокин, пока не были нанесены непоправимые обиды друг другу.
- Мы тоже думаем, что это будет лучшее, что можно сделать в данной ситуации, моя прекрасная повелительница.
Ре-Виджару удалось схватить за левую руку взбешенного Ракоссу. Ландграф Пойолавомаара точно не заметил этого. Он повернулся и посмотрел на Ре-Виджара так, как словно впервые увидел его отчетливо. Потом брезгливым движением отбросил его руку, повернулся и вышел из комнаты, что-то лукаво бормоча себе под нос.
- Просим прощения за эту прискорбнейшую ошибку, госпожа моя, добрый министр Мирмиб, - Ре-Виджар сделал жест глубочайшего почтения. - Для нас это было делом величайшей важности, и мы действовали скорее поспешно, чем разумно. Я убедился в вашей искренности. Пусть ваш поиск в других местах продлится более успешно.
- Вас извиняет ваше незнание, - К’ферр указала на дверь. - Действия вашего коллеги многое объясняют.
- Пусть теплота ваша останется постоянной во все дни вашей жизни. Будьте спокойны, рано или поздно мы найдем тех, кого ищем, - с этими словами Ре-Виджар и офицер повернулись и удалились из зала.
Когда прошло довольно много времени после того, как они ушли, К’ферр обратилась к Мирмиб и спросила:
- Как вы считаете, что они теперь будут делать?
- Если бы все зависело от этого Ре-Виджара, они бы бросили это дело и отплыли домой, - министр задумчиво почесала за ухом. - Хотя, возможно, более спокойный из двух на самом деле более опасен. Первый настолько ослеплен ненавистью или любовью к этой женщине, что совершенно не способен логически мыслить. Если вообще был когда-нибудь способен на это.
- Вы видели эту женщину, о которой идет речь, Мирмиб? А ее шрамы? Зачем этот ландграф рискует своим положением, своей военной мощью? Только лишь затем, чтобы найти ее и снова мучить?
- Некоторые правители, госпожа моя, плохо воспринимают личную обиду, хотя очень редко предпринимают такие крайние меры, как Ракосса. Ненависть может быть таким же сильным стимулом, как и любовь.
Правительница К’ферр и Мирмиб обменялись непонятными для окружающих взглядами.
- Не знаю, что там произошло между этой девушкой и ландграфом, - сказала печально К’ферр. - Одно я могу сказать с уверенностью. Если им доведется когда-нибудь встретиться, один из них погибнет.
Такая мелочь не занимала мыслей Колоннина Ре-Виджара. Когда они вернуться в Арзудун, ему тут же придется доложить Треллу о второй неудаче. Вопрос, который его занимал: появлялся ли в действительности “Сландескри” в пределах бухты Молокин? Если появлялся, он видел несколько возможных объяснений того, что случилось с ледовым гигантом. Хотя ему очень сильно хотелось кое-что уточнить, “почетный эскорт” оградил его как от разговоров, так и от общения с горожанами. При отсутствии же сведений ему придется самому их угадывать. Он делал это очень хорошо, что и превращало его игры с Треллом в нечто захватывающее. Ставка была слишком высока, и он не собирался покидать Молокин до того, как узнает правду о том, что случилось здесь, в каньоне.
Прошло много дней, заполненных однообразным зрелищем пустынной земли, покрытой мелкими камешками и скудной растительностью. Этан от скуки начал мечтать, чтобы какой-нибудь призрак невзначай появился в округе. Единственное, что вызвало их интерес, - двухсотметровой ширины расселина, которая простиралась на запад и восток и до конца которой измученные разведывательные группы так и не смогли дойти.
Предлагалось много способов преодолеть это препятствие. Один из помощников капитана предложил снять дюраллоевые полозья, закрепленные вдоль борта и использовать их как материал для моста через расселину.
Как ни странно, решение нашел Та-ходинг. Хотя он слабо верил в себя, он был полон бесконечного энтузиазма во всем, что касалось его новой команды.
Вопреки настороженности Этана и Гуннара, он приказал всем, кроме вахтенных, сойти с корабля. “Сландескри” развернулся широким полукругом и приблизился к расселине на всех парусах, причем ветер их хорошо раздувал.