- Нет, о, Господи, - очень искренне заметил помощник.
- Ну и мы рассчитали поле корабля, ясно? И по моим расчетам я должен дотянуться до крыши, вот так.
- Вот до той, что у нас над головой?
- Да. Ты не так глуп, как кажешься, приятель. Так ты понял, чем я занимаюсь?
- Да, да. - Субинженеры еще не заняли удобной позиции. - Но все же вы должны знать: этот парень, о котором вы говорите, сын известного яхтсмена и сам какой-то межпланетный спринтер, так что он, должно быть, знает, что говорит.
Помощник видел перед собой корону белых волос, огромный хищный нос, темные масляные глаза под нависающими бровями и золотое кольцо в правом ухе. Голые руки великана были покрыты белой шерстью. На его казавшемся беззлобным лице было не много морщин, но те, что были, напоминали овраги в долине. Нос господствовал на лице, как у Бержерака, - части лица располагались вокруг него. Морщины лежали на своих местах, как швы на коже.
- Но я пока не знаю, кто вы? - продолжал помощник, подумав, что и суд тоже захочет узнать это.
Сначала ему показалось, что субъект приготовился к нападению: все еще сжимая бутылку, он показал кулак помощнику и публике в целом.
- Во имя всех богов и чертей, я - Сква Септембер, вот я кто! И я способен пересилить, перепить, перелетать, переспать, переесть, переблудить, перебегать, переговорить и перекричать любого в этой части Спирального царства!
Септембер явно собирался продолжать этот перечень сомнительных атрибутов собственной суперличности. Но тирада была прервана отрыжкой такой сверхчеловеческой силы, что на мгновение все замерли. И тут двое подчиненных набросились на него сзади - в результате все трое повалились на пол. Один из них выхватил бутылку с какой-то золотистой жидкостью и замахнулся, но первый помощник удержал его:
- Не надо, Эверс, могут быть осложнения.
Наступило молчание, затем кто-то захлопал. Помощник увидел, что сын яхтсмена аплодирует им - то ли с уважением, то ли иронически.
- Браво, - крикнул плейбой.
…Ни одна, даже самая мелкая тварь не шевелилась. Ощущение не соответствует предмету, думал Этан Фром Форчун, спеша в заднюю часть пассажирского отделения. Мыши и крысы не привыкли к крайностям межзвездных перелетов. Попав с “шаттлов” на корабли, они здесь представляли первоочередную проблему, пока кому-то не пришла в голову блестящая идея отключить позигравитационное поле в пассажирском отсеке. Один человек “проплыл” мимо одурманенных грызунов с сеткой, и этого оказалось достаточно для контроля за ними до следующего порта.
Все равно, подумал Этан, если бы грызуны были способны к адаптации, компания снабдила бы его, к примеру, мышеловками.
Как торговец предметами роскоши он имел дело с драгоценными безделушками, красивыми вещами, дорогим оборудованием для дома. Ювелирные мышеловки вряд ли пользуются спросом.
Он прошел небольшой пункт обозрения, посмотрев на планету, проплывавшую внизу. Таких окошек было меньше в задней части пассажирского отделения, как и пассажиров. Он устал от идиотских пустых разговоров, а дел с этой компанией вести не станешь.
Большинство Тран-ки-ки до сих пор обретались в темноте, может быть, совпадение, что корабль попал на теневую сторону в период сна. Кажется, сейчас он здесь единственный не член команды. Завтра, как бы ни казались малыми шансы бизнеса, надо спускаться на “шаттле” среди орущих туристов. Впрочем, при всех порядках - толкучка - неизбежная часть существования.
Тран-ки-ки, фигурально говоря, - полустанок на пути “Антареса”. Огромный межпланетный корабль задержится здесь на день-два. Большая часть этого времени уйдет на разгрузку оборудования для единственного аванпоста гуманоидов на безлюдной планете. То, что аванпост назван по-земному, не обязательно значит, что планета открыта людьми. Это могла быть смешанная команда. Но вернее, кажется, первое. Никакой строго мыслящий вид не назвал бы аванпост Содружества “Медной обезьяной”. А теплолюбивые животные никогда бы не поселились в этом ледяном аду.
Светлая часть планеты образовывала ясный, почти до боли белый полумесяц. У него в голове всплыли записи с информацией о темной сфере.
Тран-ки-ки был недавно открытым миром на краю Ойкумены. И это привлекало сюда алчных субъектов вроде него самого. Но планета не значилась в рядах потенциальных колоний.
Хотя люди и жили здесь, начиная с “Медной обезьяны”, этот мир был мало гостеприимен. Это вам - не Новая Ривьера! Да и класс цивилизации - всего 4 Б, то есть аборигены с нормальным интеллектуальным потенциалом, живущие при допаровом уровне техники, а то и ниже.