Они могли бы разглядеть картину поподробнее через телескоп мага, но тогда сузился бы обзор. Кроме того, комнаты мага были пропитаны жуткими запахами от его химических опытов и подвергнутых вивисекции животных.
По сообщениям разведчиков, Орда должна была появиться с севера-востока. Но сейчас существовала только невидимая нить, разделяющая синеватый лед от ледяного неба.
- Никаких признаков, Гуннар?
Рыцарь прервал беседу с верзилой и посмотрел на Этана.
- Твое зрение так же остро, как мое, сэр Этан. Пока надежность нашего вооружения проверить некому.
- Они могут обойти нас с тыла? - спросил Септембер и почесался концом обоюдоострого меча.
Гуннар возражающе махнул рукой.
- Нет. Они могут предпринять какой-нибудь маневр, но позже и только для того, чтобы подразнить нас. Саганак не похож на большинство варваров. Ничего не будет сделано без цели… По крайней мере, так нам говорили. Каждый кочевник непредсказуем.
- Как и ты, - предположил Этан.
- Может, и как я, - ответил рыцарь, ничуть не обидевшись на такое сравнение. - Как я сказал, все это будет сделано, чтобы разозлить нас. Они пройдут парадом перед воротами и устроят настоящее представление. Они считают, что мы не настолько глупы, чтобы сопротивляться, - он по-волчьи оскалился. - Какой сюрприз ждет Саганака-Смерть. Представляю, как он будет бушевать. Это убережет нас от процедуры казни.
- Эй! - воскликнул Септембер. - Там не парус ли? Или я опять перебрал “ридли”?
Нет, вдалеке действительно появилось голубое пятно. Оно росло, к нему присоединялись другие - различных форм, размеров и цветов. В цепи парусов были представлены все возможные оттенки. Вскоре лед на горизонте представлял собой радугу варварских цветов: красный, темно-коричневый, черный, малиновый. Преобладал все же красный.
Некоторые паруса были окрашены в смешанные цвета, некоторые разрисованы узорами и мозаикой. Некоторые рисунки были вытканы, некоторые нарисованы. Все это действовало на воображение. А несколько щегольских кораблей украшали тусклые транские черепа.
Кочевники не покрывали весь лед, как утверждал капитан, но занимали значительную его часть.
- Там примерно тысяча паромов, - пробормотал Септембер. Но деланная беспечность верзилы никого не обманула. Даже он был потрясен.
- Больше, чем мы ожидали, - признался Гуннар. - Однако это только радует меня, - тем больше паразитов уничтожим.
Подгоняемый ветром флот кочевников приблизился. Один за другим паромы разворачивали свои позиции в линию. Один за другим опускались паруса и выбрасывались якоря.
- Располагаются на стоянку, - сказал Септембер.
Даже с такого расстояния Этану казалось, что он может различить на каждом транспорте нагромождения корзин и припасов. Это был кочующий город.
Скоро все паруса были опущены, кроме одного на маленьком паромчике. Он шел рядом с огромным кораблем с двухэтажной, ярко раскрашенной центральной кабиной. Маленький паром отделился от него и направился к воротам гавани.
Этан увидел, как игрушечные фигурки засуетились около механизма, поднимающего сети и звенья Великой Цепи.
- Парламентеры, - с удовлетворением произнес Гуннар. - Ландграф и члены Совета должны были подготовиться к их приему. Идемте.
Люди последовали за ним вниз по лестнице в замок.
- Нам есть что сказать им, - бросил рыцарь через плечо.
Они не были членами официального приветственного комитета. Еще было решено, что представителям Орды лучше пока не видеть людей, чтобы в них не зародилось опасение. Пусть они потом подумают, как и большинство жителей Софолда, что гости - боги или демоны, а не просто обстриженные траны.
С балкона для музыкантов открывался прекрасный вид в зал. Внизу на своем троне сидел ландграф. На этот раз он был одет не в роскошные шелка, а в бронзовые и кожаные доспехи и стальной шлем. Ландграф имел впечатляющий вид, но Этан должен был признать, что Балавер, Гуннар или Брауновк выглядели бы в королевской броне более впечатляюще.
Эльфа, как он заметил, тоже надела доспехи. На этот раз никакого декольте и в помине не было.
Вокруг трона сгруппировались члены Совета, представители управления городом, рыцари и эсквайры. Солнечный свет блестел на шлемах, пиках и топорах, как на драгоценных камнях. Непоседливые солнечные зайчики прыгали по голым каменным стенам и высокому потолку. Группа представляла собой внушительное зрелище.
Этан с любопытством опять посмотрел на резную белую колонну, которая составляла заднюю часть трона ландграфа. Не очень крепкая.