Все, кроме ремонтной бригады, которая работала быстрее, чем когда-либо.
Гуннар смотрел за корму. Плоты приблизились на такое расстояние, когда их можно было пересчитать, и этим как раз занимался рыцарь.
- Слишком много. Только клочки, жалкие остатки от прежнего флота, но все-таки слишком много для одного корабля, даже такого, как наш, - он пробормотал еще несколько проклятий. - Если бы было цело это проклятое лезвие, мы могли бы с легкостью от них ускользнуть! - он заметил вопрошающий взгляд Этана. - Нет, сэр Этан, нам ни за что не удастся управиться вовремя. Люди будут работать, пока их не обнаружат эти, но они не смогут заниматься починкой во время нападения. Возможно… - его голос стал невнятным, когда он свирепо уставился на приближающиеся плоты, - по крайней мере, в этот раз мы можем ее прикончить.
Что-то показалось Этану неправильным. Он понял, что.
- Ее? Кого?
Гуннар посмотрел на него с удивлением.
- Ну да. Разве ты не знал? Саганак-Смерть - это женщина,
На борту своего разбитого в пух и прах, потрепанного плота, тень от прежнего великолепия, Саганак-Смерть принимала донесения от своих дозорных. Да, полозья судна странной формы действительно были сделаны из металла цвета и блеска дьявольской небесной лодки. А на мачте развевался софолдский флаг.
Она улыбнулась полубеззубой, жестокой улыбкой.
Юный воин справа от нее вытянулся, когда она повернулась к нему.
- Норсвик, я хочу, чтобы в плен было взято столько, сколько возможно, слышишь? Это тем более касается людей. Эти должны остаться целыми и невредимыми, чтобы из надолго хватило, когда мы будем их мучить.
- Все будет так, как ты сказала, Великая, - воин поклонился и покинул комнату.
Саганак сжала скрюченные, когтистые пальцы вместе и стала гладить подлокотник своего трона. Он был сделан из костей побежденных. Скоро она добавит к нему еще один комплект. Может быть, даже несколько костей демонов.
Она подумала, будут ли они кричать, как нормальные траны. Это был хороший вопрос для Бешеного.
- Они оставляют плоты, - сказал Гуннар, защищая глаза от высокого солнца лапой.
- Я несколько удивлен тем, что они не пытаются взять нас на абордаж, - признался Этан.
- Ну, приятель, я уверен, что у них есть на это причины, - Септембер отвернулся от ветра. - Кажется, ни один из этик плотов не находится в хорошей форме. В добавление к тому, что ребята Гуннара сделали с ними, эта буря тоже не могла принести им никакой пользы… И вспомните, что сказал нам Гуннар о том, что они лучше передвигаются на шивах, чем на ледовых судах.
Орда выкатилась на лед. В этот раз они не закрыли его своим числом, и, когда наконец они начали двигаться вперед, их вопли и крики не оглушали. Или, может быть, они знали, кто находился на странном судне перед ними и их относительное спокойствие указывало не на недостаток духа, но на ужасные намерения.
Они атаковали без задержки. Град крюков и лестниц обрушился на борта застрявшего плота. Скоро Этан уже размахивал мечом все так же неопытно, но с решительностью, которую он проявил на стенах Уоннома.
Септембер прорубил грудь одного воина, освободил топор и скомандовал транам, стоящим у миниатюрных катапульт. Четыре маленьких дымящихся пучка дугой упали на лед. Дождь стекла, железной шрапнели и слепящего порошка взорвался посреди рядов нападающих.
Израненные и кровоточащие, они попадали на лед. Но их спутники не дрогнули. Снова ударили катапульты, и снова бродяги недвижно или со стонами упали на замерзшее море.
- Больше это их не пугает! - закричал Этан.
Несколько раз казалось, что дикари перелезут на палубу и осилят их. Несколько раз дикари отбрасывали от перил лучников и копьеносцев. Только непрекращающийся дождь арбалетных стрел транов, сидящих на мачтах, закрывал эти прорывы в обороне.
Битва продолжалась целый день, траны и люди на корабле отражали одну за другой волны нападающих. Только когда начало заходить солнце, варвары, наконец, отступили.
Не обращая внимания на то, что это мог кто-нибудь заметить, Этан в изнеможении опустился на палубу. Его меч со стуком повалился рядом с ним.
Гуннар направился вперед, безусловно, чтобы посовещаться с Балавером и подсчитать потери. Генерал получил тяжелое ранение от стрелы в плечо, но на протяжении всей схватки оставался на палубе.
Септембер выглядел подавленным и встревоженным, протирая свой широкий топор.
- Чудес не будет, парень. Если только Вильямс не обратит во что-нибудь их паруса. Жалко, что я не верю в магию. Надо же - так далеко проплыть, так тяжело работать, и все это - для того, чтобы кончить гамбургером в лапах первобытных инопланетных бандитов, - он покачал головой и оглядел устланную трупами палубу. - Похоже, что мы потеряли половину всего личного состава. Думаю, придется и дю Кане с дочерью взяться за меч.