- На записи будут сплошные улыбки и удовлетворение. Ее доставка устранит любые тревоги и со стороны ученых, и со стороны администрации. Я знаю, недавно прибыла дама, исполняющая обязанности Комиссара. У нее будет слишком много дел, чтобы заниматься еще и группой исследователей, которые, по их же собственному сообщению, не находятся в опасности. Как вы думаете? Станут они сотрудничать с нами - сделать необходимую запись?
- Не думаю, что с этим будут какие-то проблемы. Я суну бимер кому-нибудь в ухо и пригрожу спустить курок. Это должно исключить любые колебания. Эта компания не кажется мне чересчур храброй.
- Прекрасно. Тем временем мы будем продолжать нашу обычную работу. Когда прибудет очередной транспорт снабжения, мы передадим новости об этих затруднительных обстоятельствах в штаб-квартиру. Пусть они поломают себе голову и примут окончательное решение. Таким образом, мы умоем руки. Я не хочу брать на себя ответственность. Наша задача состоит в том, чтобы не прерывалась наша работа.
- Пожалуй, мне это нравится.
- Как вы за ними наблюдаете?
- Наблюдаем? - Антал втянул дым и выпустил небольшое облачко. - Их хорошо охраняют. Наблюдение стандартными камерами. Вы хотите, чтобы я поместил охранников в их комнаты? Они никуда не выходят, и я предпочел бы не разбазаривать персонал.
- Если вы уверены…
- Траны заперты в пустом хранилище для скоропортящихся продуктов, а люди - в надежном общежитии. Время от времени к ним заходят, а еду приносят три раза в день. Траны не владеют достаточными знаниями, чтобы затеять побег, а общежитие имеет магнитные затворы. Отмычкой не откроешь. Камеры охватывают все комнаты. Их нельзя разбить, это специальная аппаратура. Не стоит снимать кого-то с работы, чтобы он улегся спать перед дверями с лучевым пистолетом в руке? Ведь все это механики, программисты, ядерные физики, инженеры, - зачем превращать их в охранников.
Если кто-нибудь начнет излишне интересоваться дверью, камеры тут же передадут в наблюдательный центр. Мы просто скажем шутникам, чтобы они поостереглись. Им также хорошо известно их положение, как и нам. Сомневаюсь, что они попытаются что-то предпринять.
Бамапутра колебался какое-то время, потом кивнул:
- Это, конечно, не в моей компетенции. Вы разбираетесь лучше.
- Это и не моя сфера, но я бы все равно не беспокоился. Они даже в ванную не могут пройти незамеченными. В помещении с транами нет камер, но они не догадаются, как открыть магнитные затворы, даже если им объяснить, что это такое. - Он достал “травку” из жилетного кармана и протянул его администратору. - Вы точно не хотите попробовать эту штуку? Они помогает сохранять великолепную форму.
- Я предпочитаю обходиться без этого. - Он пренебрежительно фыркнул. - Какой смысл в том, чтобы искажать свое восприятие, когда работа как раз и дает ощущение полноты жизни?
Антал привстал:
- Может быть, мое восприятие функционирует не так уж правильно, черт возьми, потому что я не понимаю, какую такую можно ощутить полноту, находясь в этой круглой ледяной глыбе. Все, что меня интересует, это регулярные денежные переводы. Ладно, мне пора проверить номер третий. Какие-то проблемы с перегревом. Мелочь, но я хочу с ней разобраться. Вы знаете, какими чувствительными могут быть эти магнитные поля?
Он встал и направился к выходу.
- Вы собираетесь долго торчать здесь? - спросил он с любопытством.
Бамапутра повернулся лицом к окнам:
- Недолго.
- Делайте, как вам нравится.
Антал оставил администратора наедине с его размышлениями. Что за чудак! Он давно уже не пытался понять своего маленького компаньона. Какое-то время Антал даже думал, что он мог быть чрезвычайно хорошо сконструированным и гениально запрограммированным роботом. От этой теории пришлось быстро отказался. Ему довелось иметь дело с несколькими человекоподобными машинами, и все они без исключения были дружелюбнее и теплее Бамапутры. Он был слишком загадочным и холодным даже для того, чтобы быть роботом.
Септембер лежал на двух сдвинутых койках, подложив под голову руки.
- Так что ж, дружище, скажете? Как отсюда выбраться?
- Не знаю, - мрачно ответил Этан, уставясь на дверь, - но они не посмеют убить нас.
- Не говори “не посмеют”. Любой, кто хочет пожертвовать несколькими десятками тысяч разумных туземцев ради коммерции, вполне способен разделаться с парой-тройкой своих собратьев по разуму.
- Не сомневаюсь, что они не стали бы раздумывать ни минуты, если бы могли выйти сухими из воды, но они должны понимать, что нас хватятся в “Медной Обезьяне”.