Внезапно дорогу преградил камень, закрывающий проход дальше. Путешественник недоуменно уставился на него, словно ожидал, что тот вдруг исчезнет, но камень оставался на месте. Упершись руками, Грог попытался сдвинуть его с места, но лишь поскользнулся и упал на колени. Захотелось плакать, но в организме не осталось влаги даже на слезы, к тому же гномам не пристало плакать, даже в такой момент. Грог решил снять топор со спины, чтобы дать телу отдых. Рукоять быстро юркнула в ладонь. Прикинув тяжесть оружия, представитель маленького народа, как это не было кощунственно, решил действовать оружием как киркой. Он замахнулся и со всей силой обрушил удар на камень. Лезвие полностью вошло в глыбу, по всей поверхности пошли трещины и на пол начали сыпаться куски камня и пыль. Грог удивленно посмотрел на оружие в руке, а затем с благоговением снова подвязал его за спиной. Через несколько мгновений проход был свободен. Внезапно он почувствовал ветерок, который обвеял лицо. И гном радостно, как мог, ускорил движение, хотя ноги так и намеревались подкоситься. Немного погодя вдали показался свет — и вскоре Грог оказался на свободе. Ему пришлось сощурить глаза, так как яркое солнце слепило. Пройдя еще несколько шагов, он упал на колени, вдыхая свежий воздух. Затем, достав из-за спины топор, вытянул руки, желая разглядеть его при солнечном свете, но как только лучи солнца коснулись стали, она рассыпалась в прах. В руках осталось лишь топорище, на котором ярко горел рубин, переливаясь на свету. Грог спрятал топорище глубже в карман куртки и присел на землю.
Невдалеке ему послышался гул голосов, и из-за поворота показался караван. Прищурив глаза, Грог пытался его разглядеть, но никак не мог это сделать. А караван все приближался и приближался, и вот конь, возглавлявший процессию и отличавшийся от остальных тем, что был довольно приземистым, остановился перед Грогом. На нем восседал гном в темно-серых одеяниях, его борода едва доставала колен, а волосы были заплетены в толстую сальную косу — он и являлся владельцем каравана.
Когда всадник остановился перед Грогом, он сразу обратил внимание именно на ботинки, начищенные до такого состояния, что в них отражалось все вокруг — они как-то несуразно смотрелись под балахоном. Затем Грог перевел взгляд выше и заметил золотую цепь, выглядывающую из-под воротника. Лишь потом обратил внимание на лицо всадника, которое отичалось крупными, жесткими чертами. На нем выделялись карие глаза. Они, казалось, пронзали тебя насквозь и оставляли ощущение противного холодка. Хозяин каравана внимательно осмотрел гнома и спросил:
— Ты вышел из заброшенной шахты?
* * *Киа, приподняв бровь, посмотрела на Грога:
— А что…
Грог улыбнулся и продолжил:
— …было дальше? Этого гнома звали Дрегар, он оказался магом, который проживал в Ренбурге и был по совместительству владельцем нескольких караванов и торговых лавок.
Можно сказать, что он тогда спас мне жизнь. Я поступил к нему на службу, которая продлилась достаточно долго для того, чтобы понять, что наниматель нечист на руку, и это еще довольно мягко сказано.
Гном горестно вздохнул и тихо прошептал:
— Каким же я тогда был глупцом…
Клем подъехал ближе к Грогу и положил руку ему на плечо.
— Не вини себя, я тоже тот еще глупец, еще похуже тебя. Просто кто мог знать?
Грог покачал головой.
— Это не оправдывает того, что я служил такой твари. Я должен был раньше заметить это, а не до того как…
— Ты не виноват. К тому же, если б мы раньше опомнились, то не смогли бы совершить то, что уже совершили.
Грог печально улыбнулся.
— Ты прав.
Киа вопросительно посмотрела сначала на Клема, а затем на Грога.