— Отпусти меня.
Ничего не ответив, Мелакор приблизился к эльфийке и протянул к ней руку.
— Не могу, Кианэма, прости, не могу.
— Почему? Отпусти.
Мелакор склонил голову, его волосы упали на лицо, скрывая от Киа муку выбора, который ему приходится сделать.
— Нет. Я должен выполнить приказ. Отдай кинжал.
Эльф вновь посмотрел в глаза Киа. Как ему было больно видеть ее отчаяние, надежду.
Она покрепче перехватила рукоять и напряглась. Мелакор отшатнулся — только не это, ему так не хочется убивать ее, нет… Арэмо11, только не это, прошу. Киа понимала, что не сможет победить в схватке с Мелакором — была еще слишком слаба, но так просто отвергнуть от себя надежду на спасение тоже не могла. Остается только одно…
Киа замахнулась и направила кинжал себе в живот. Мелакор дернулся, желая перехватить ее руку… Кинжал ласточкой отлетел в сторону и юркнул в кусты.
— Зачем ты это сделал?
Мелакор вгляделся в ее печальные глаза и произнес:
— Я не хочу твоей смерти.
— То, на что ты меня обрекаешь, хуже смерти — это заточение, рабство! Лучше я погибну, чем достанусь кому-либо!
— Нет!
Эльф обнял ее за плечи. Киа дернулась, пытаясь вырваться, но Мелакор не разжал объятия, а лишь сильнее прижал к себе девушку и зарылся лицом в ее волосы.
— Ты должна жить, жить ради надежды, любви. Ты должна жить, потому что…
Закрыв глаза, Киа прошептала:
— Почему?
— Потому что я… не смогу…
Раздался шорох в кустах, и Мелакор отскочил в сторону, его рубашка теперь тоже была испачкана кровью. Из зарослей появился Крегар, хмуро глядя на труп, лежавший у ног эльфа.
— Что здесь случилось?
— Он, — Мелакор кивнул головой в сторону мертвого разбойника, — напоролся на мой кинжал.
Глаза Крегара засверкали от еле сдерживаемого гнева:
— Что?!
— Он напал на меня, не по твоему ли приказу?
Крегар в испуге отскочил и замотал головой — гнев как рукой сняло, вместо этого на лице стала проступать гримаса страха.
— Нет. Нет!
— Ну что ж, у меня нет доказательств… пока. Созови всех остальных, мы отправляемся в путь. Немедленно!
* * *Клем стряхнул песок со штанов и улегся удобнее. Посмотрев на него, Грог шикнул и прижал палец к губам. Клем кивнул головой и обратил свой взор на кочевников, которые сделали привал на границе с пустыней. От их внимательных взглядов гномов закрывал густой кустарник. Грог напряженно застыл, дожидаясь Проклятого. Сквозь листву он заметил, как один из воинов скрылся в высоких зарослях, где через мгновение раздался крик, от которого гном нахмурил брови. Проклятый слишком сильно привлек к себе внимание, что в их ситуации не очень хорошо. От отряда отделились еще двое и направились в те же заросли. Наступила тишина, но через несколько минут вновь раздался душераздирающий крик. Илбар послал туда четырех своих лучших воинов. Грог, выругавшись себе под нос, привстал, готовясь прийти на помощь товарищу, но в соседних кустах зашуршало, и из них вышел Проклятый тянущий за собой оружие — их оружие. Кинув его рядом с гномами, он оскалил свою морду в улыбке.
— Мне показалось странным, что кочевник орудует топором, вот я и решил, что нужно его отдать в умелые руки.
Улыбнувшись в ответ, Клем схватил топор и стал его лихорадочно оглядывать, поминутно качая головой. Грог взялся за рукоять меча и вытащил из ножен, любуясь игрой света на клинке, после чего, посмотрев на Клема и Проклятого, проговорил:
— Готовы?
Дождавшись их кивков, Грог встал и издал гортанный звук, который поддержал Клем. Проклятый зарычал и застыл в предвкушении борьбы.
Илбар вздрогнул и стал оглядываться по сторонам в поисках источника вопля, который заставил его содрогнуться. Невдалеке он заметил двух гномов и какое-то странное существо. Они неслись на кочевников, не замечая ничего вокруг. Воины всполошились, но затем от страха застыли на месте. Атака была столь стремительной, что они не успели разобраться, откуда нападают и кто — им показалось, что это песчаные духи разозлились на них из-за неуважения и пришли мстить — так ужасны были атакующие в своем гневе. Один из кочевников выхватил изогнутый меч, но не успел ударить — его разрубил ударом топора Клем, оставив от тела лишь обрубки. Следующим пал его товарищ, держась за вспоротый живот, из которого на волю выпадали кишки. Его глаза расширились от удивления и боли, но он уже ничего не мог сделать. Илбар достал меч, а перед ним возник получеловек- полуживотное, скалящий в ужасной гримасе морду. Вождь оцепенел, но затем, справившись со своим страхом, атаковал. Его удар лишь прорезал воздух. Проклятый ушел из-под удара, при этом оцарапав ему бок. Илбар отскочил и покрепче перехватил рукоять меча. В глазах Проклятого плескалась ярость, что заставило Илбара вздрогнуть — того, кто никогда не давал волю страху. Проклятый прыгнул, Илбар сделал выпад вперед, целясь в живот. Ворен же, изменив направление прыжка, приземлился рядом и, пока кочевник поворачивался в его сторону, опрокинул его на землю и выбил из рук клинок. Все закончилось так же быстро, как и началось. Всю местность заполнили трупы, лишь кони беспокойно ржали, да два гнома и зверь стояли возле Илбара. Из его рта вытекала струйка крови, а при кашле она пузырилась, забрызгивая лицо. Грог склонился над ним и притянул к себе.