Началась перепалка, которая закончилась тем, что здоровяк напал на темноволосого эльфа. Тот парировал и нанес ответный удар. Послышался звон стали. Клем азартно блеснул глазами и произнес:
— Нам атаковать?
— Нет… пока еще рано.
К Киа подскочил эльф, который схватил ее за руку и потащил за собой. Грог, схватившись за меч, прокричал:
— В атаку!
Клем подскочил к эльфу, который отбивался от ударов человека. Сделав подкат под ноги, он свалил разбойника с ног и еле увернулся от удара, нанесенного тем, кого он только что спас. Клем удивленно фыркнул в бороду:
— Да ты что, эльфийский червяк, я же хочу тебе помочь!
Отбившись от выпада человека, Грог услышал возглас Киа:
— Мелакор!
Обернувшись, он заметил, как темноволосый эльф сорвался с места в сторону Киа, как вместо него под ударом главаря погибает его соратник. Грог отбился от атаки и, сделав перекат в сторону, снова посмотрел на Кианэму. Он увидел, как темноволосый падает на землю, а над Киа склоняется его убийца. Рванув вперед, Грог не заметил, как сзади на него напал разбойник, он лишь почувствовал резкую боль, и его окутала темнота…
Киа закрыла глаза, готовясь к смерти, но почувствовала, как в ее руках дернулся Мелакор, переворачиваясь на спину. Распахнув вновь глаза, она заметила, как он протянул в сторону Рамэрора руку, по которой медленно катилась кровь. Из его уст вырывались непонятные слова, от напряжения его ладонь подрагивала. Постепенно кровь стала собираться в ярко-кровавый шар. От него исходил жар, опаляющий все вокруг. Рамэрор пытался отскочить, но не успел, шар прошил его насквозь, разрывая на куски. Все стихло. Киа склонилась над Мелакором, всматриваясь в его глаза. Эльф улыбнулся, его губы слегка подрагивали от усилия.
— Я…
По щекам Киа потекли горячие слезы, сердце разлеталось на мельчайшие куски, хотелось закричать, но не хватало сил. Она улыбнулась и прижала палец к его губам.
— Тшшш…не говори.
Боль прожигала сознание, казалось, это происходило не с ней, а с кем-то другим… настолько это было ужасно. Наклонившись, она поцеловала его в губы, чувствуя на своих щеках прерывистое дыхание, и вдруг оно… стихло. Он лежал перед ней, все так же улыбаясь, но взгляд его остекленел, и грудь не вздымалась в усилии сделать вдох. Киа сжала его голову.
— Нет, прошу… нет… нет!
Она закричала — это из-за нее он умер, из-за нее! Боль затуманила ее рассудок, она ничего не замечала вокруг, пока до нее кто-то не дотронулся…
— Киа, это я, Клем… Киа!
Киа обернулась и сквозь слезы улыбнулась. Клем… Грог… они здесь, они все исправят, сделают так, чтобы Мелакор ожил, и вновь все было в порядке.
— Клем… Клем!
Киа вскочила на ноги и обняла гнома, который стоял с хмурым лицом и смотрел куда-то в сторону, а не ей в лицо.
— Клем, где Грог? Клем…
— Киа, Грог…
Киа оцепенела, боясь услышать продолжение. Клем закашлялся, по его лицу медленно стекали слезы, он, шмыгнув носом, вытер их рукавом.
— Грога больше нет с нами, он погиб.
Киа отскочила и, споткнувшись об Мелакора, упала на землю.
— Нет, ты врешь… ты врешь. Грог не мог погибнуть… Нет! Скажи, что это неправда, скажи!
Клем печально посмотрел на эльфийку и покачал головой.
— Киа, он умер. Он пытался защитить тебя. Проклятый сейчас около него. Стой, Киа!
Эльфийка побежала, не разбирая дороги, желая увидеть своего наставника, друга. Слезы застилали глаза, мешая хоть что-нибудь разглядеть, боль обжигала изнутри… Ее кто-то остановил. Она всмотрелась в Проклятого, тот стоял, понурив голову, смотря на труп, лежащий у его ног. Киа опустила взгляд и поняла, что это тело Грога. Она вновь закричала, зажимая рот рукой. Голова гнома лежала чуть вдалеке, глаза его были закрыты.
— Нет!
Она упала на колени рядом с телом, сжимая его руку. Мир для нее стал рассыпаться на мелкие кусочки, как до этого сердце. В душе разрасталась пустота, пожирая все чувства, как голодный зверь…
Киа подошла к Мелакору, поцеловала в губы, прощаясь, и закрыла ему глаза. Затем подошла к Грогу, сжала его руку и склонила голову, отдавая дань памяти и уважения. Отойдя немного назад, она кинула факел, и огонь яростно набросился на хворост, которым были обложены тела погибших. Языки пламени взметнулись ввысь. Боль исчезла, осталась лишь пустота. Ей было все равно, что будет с ней дальше, она не знала, для чего жить, зачем? Жар опалял глаза, но она не отходила назад, желая раствориться в огне, исчезнуть. Кто-то дотронулся до ее плеча и потянул назад. Ей было не интересно, кто это, она раздраженно передернула плечами. Почему ее не оставят в покое, не дадут окунуться в пустоту, не дадут забыть про все…