— Я проклят, скован, я отправлен в никуда.
И только демоны хранят мой крепкий сон.
Душа закрыта в клетке навсегда,
А череп мой в пещере погребен…
* * *Деревня была охвачена пламенем — обойти ее не было никакой возможности. А солдаты, охраняющие ее, только что были атакованы оборотнями. Тей знал, что незамеченным добраться до портала все равно не получится, но старался как можно дольше оставаться в завесе огня и дыма. Он двигался перебежками, пробираясь возле обгорелых балок. Большинство домов уже потухли, оставив после себя лишь ярко-красные угли, но все же еще несколько хлипких домишек освещали вечернюю мглу, обильно выплевывая черный дым в небо. Возле одного из пепелищ, где от пожара остались всего несколько костерков, на которых даже еду не приготовишь, мелькнула тень. Существо, прильнув к земле, передвигалось как на руках, так и на ногах, как паук.
— Кто там?
Крик Тэя прорезал воздух, заглушив треск пожара. Тень двигалась в сторону юноши.
— Что с вами? — Тэй старался не выдать дрожь, охватившую тело.
— Человечишка, с-ш-ш, — прозвучал в ответ хриплый, слегка свистящий голос. — Пис-сща!
— Я пришел с миром.
Тэй не двигался. Тень приближалась ближе и ближе, все так же на четвереньках. Тэй выставил клинок перед собой, как защиту перед неизвестностью, и, вздохнув, отступил назад.
— Кто ты?
Существо не отвечало. Глаза ползущего горели красным, под стать огню, охватившему деревню. Маленькие острые клыки торчали из-под верхней губы. Черное от пепла лицо сливалось с одеянием вампира. Когти на несуразно больших кистях рук впивались в землю, оставляя бороздки. Из-под его одежды выглядывали оголенные участки тела — вампир был худым, изголодавшимся. Тэй сплюнул:
— Сосущая тварь. Тебя что ли не кормили давно? — услышав эти слова, вампир оскалился. — Так вот, твой ужин откладывается на неопределенный срок, примерно навсегда.
Он ударил быстро, прыгнул вперед и рассек мечом воздух в том месте, где только что был его противник. Острие обломанного клинка вонзилось в землю. И в то же самое время правое плечо пронзила резкая боль. Тэй отпрыгнул влево, быстро обернулся и выдвинул меч вперед, как бы целясь противнику в грудь. А вампир был спокоен, он медленно двигался по кругу, водя кончиком языка по клыкам. Юноша повел плечом, чтобы проверить его дееспособность, и, как всегда, вместе с болью почувствовал наслаждение, моментальное ускорение всех рефлексов. Они бились на равных, только Тэй старался двигаться как можно медленнее, пытаясь не показать происходящих в нем изменений. Он повернулся вслед за вампиром и произвел два тычка мечом, причем последний нарочно сделал неуклюже, подавшись всем своим весом вперед. Вампир это заметил и ушел от удара так, что правая рука его прошла ровно над мечом, нацелившись когтями в лицо юноши. Но Тэй резким толчком отпрыгнул в сторону, разрубая клинком грудь вампира, потом так же, не сбавляя темп, повернулся через правое плечо и рубанул вторично, отсекая противнику левую руку. Вампир упал на колени, придерживая отсеченную руку. Он повернулся и взглянул прямо в глаза Тэю:
— Это еще не все, человечишка. Это только начало!
Он крепче прижал отрубленную руку к телу, и кровь, стекавшая вниз, забурлила и изменила цвет — она стала белой. Лицо вампира исказила гримаса боли. Потом он встал и сжал пальцы в кулаки с такой силой, что когти прорезали плоть. Тэй ошарашено наблюдал за происходящим, но затем сделал вид, что облегченно вздохнул и проговорил:
— Хорошо, что хотя бы боль чувствуешь, а то я было совсем расстроился!
— Шутишь, человечишка, ну шути, шути… Пока можешь! — прошепелявил вампир.
Юноша крутанул меч и стал в стойку, целясь клинком в грудь противника. Вампир прыгнул вперед, нанося удар когтями сверху вниз. Тэй ушел от удара и со всех сил рубанул противника по спине. Меч на доли секунды застрял в мертвом теле. Вампир вновь рухнул на колени. Юноша, не останавливаясь, атаковал вторично, отрубая правую конечность. Рука отлетела на полшага и ударилась в обгоревшую доску. Вампир попытался дотянуться до отрубленной части своего мертвого тела.