– Кайл, чего ты там копошишься, иди к огню и согрейся, как следует!
– Сию минуту, сэр Фердинанд, закончу с чисткой снаряжения и бегу.
– Ох, уж этот мальчишка никогда не слышит моих приказов, он же так себе пальцы отморозит.
– Я смотрю, ты за него волнуешься, старина Фердинанд.
– Ничего подобного, Дрейк, дело в том, что он уж совсем зеленый. Думаю, по прибытию в столицу Зорам, я заплачу ему пару монет и пускай ступает куда хочет. Не хочу, чтобы мой крест стал тяжелее из-за напрасной смерти мальчика.
– Здесь ты прав, старик.
– Сэр Фердинанд! Я закончил с доспехами теперь всё сияет ярче снега под лучами редкого зимнего солнца.
– Молодец, теперь отдохни.
– Сэр Фердинанд!
– Чего тебе ещё? Дай нормально отдохнуть!
-– Прошу прощение, но я хотел поподробнее узнать о нашем задании, и что еще за «Выжженные Земли?»
– Тебе даже такое незнакомо, Кайл?
–Прошу прощения, капитан, но до мест, где я жил, редко доходили известия.
–Тогда слушай внимательно, юнец.
Кайл устроился поудобнее, готовясь услышать интересный рассказ из уст ветерана, прошедшего множество воин.
– Это было пару лет назад. Все силы мира сошлись в бою за маленькое островное государство, которое ранее называюсь Эдельхейм. Каждый из сторон вынашивал свои интересы на этот кусочек земли. Наша империя Фалькрос и её император-тиран Крозив руководствовались своей алчностью, святое королевство Сантара со святым Аланом считали великой необходимостью освятить это место своей верой. И, наконец, верховный маг Джерем, который в тот момент заправлял государством магов Каанисией скрывал свои истинные мотивы. Война длилась около полугода. Ни одна из трех могущественных держав не смогли одержать верх в этой борьбе. И в один из многочисленных угрюмых дней утративший свой интерес верховный маг совместно с магической башней сотворили огненное заклинание такой силы, что от бедного Эдельхейма остался лишь пепел. Мне и самому повезло, что в тот момент был на пол пути к Зораму. Говорят, что из-за этого заклинания Фалькрос с Сонтарой потеряли больше сотни тысяч человек.
– Какая же бессмысленная и кровопролитная война. Капитан Фердинанд, неужели двое великих правителя и святой не смогли придумать ничего лучше, чем братоубийство, не уж-то люди на столько обезумели, что предпочли меч, а не слово?
– Юнец, люди всегда были самыми жестокими существами, и даже в жилах великих правителей течет обыкновенная человеческая кровь.
– Сед Фердинанд, неужели, и вы бы выбрали войну?
– Кай, я не в том положение, чтобы иметь право выбора, я делаю лишь то, что прикажут.
– Ясно. Спасибо капитан, это была познавательная история.
– Отдыхай, юнец.
Однако буря из мыслей, что развернулась в голове у молодого человека, не давала уснуть.
Почему в мрачном лабиринте людских сердец, где эмоции и сострадание должны процветать, мы обнаруживаем пугающую истину: жесткость? Это черта характера, которая превращает людей в холодные, бесчувственные машины, неспособные испытывать или выражать самые основные человеческие потребности. Жесткость — это барьер, который люди воздвигают вокруг своих душ, защищая их от боли и уязвимости. Но в этом процессе они также отгораживаются от радости, любви и сопричастности. Они становятся заключенными собственного сотворенного ада, где человечность заменяется равнодушием.
Но среди философских размышлений о смысле жизни один вопрос выбивался из общей массы. Что группа разведчиков гильдии забыла на совершенно мертвой и пустой земле? И как отряд из десяти человек мог исчезнуть без следа?
Несмотря на нескончаемый поток мыслей, появившаяся усталость сломила юного авантюриста и погрузила его в глубокий сон.
Но нестерпимый жар прервал столь желанный сон.
– Что за чертовщина, что произошло?
В недоумении Кай выбежал из дома, в котором остановилась переночевать его группа. Перед глазами юного Кая предстала ужасающая и одновременно захватывающая картина: огонь, подобно рвущемуся зверю, неистово пожирал все на своем пути. Деревянные дома превращались в хрупкие угли, а поля застилал пепел смерти. Крики ужаса и треск горящего дерева слились в какофонию отчаяния. Небо потемнело от дыма, заслонившее багровое зарево заката. Деревня, некогда цветущая и полная жизни, теперь лежала в руинах, ее красота превратилась в пепел. На мирную деревню обрушился шквал насилия. Перекошенные челюсти монстров разрывали плоть и разрушали кости. Кровь, словно яркие мазки, разбрызгивалась по земле, окрашивая некогда идиллический пейзаж в зловещий багрянец. Дети, с воплями отчаяния, падали под когтистые лапы чудовищ, их юная невинность безжалостно вырвана вместе с сердцами. Женщины, охваченные ужасом, забивались в дома, но даже там они не могли защититься от всепроникающей угрозы. Старики храбро сражались своими немощными телами, но их мечи были бесполезны против чудовищной силы. Тела их безжизненно рушились, становясь гротескными памятниками жестокости. Сердце деревни, некогда полное жизни и смеха, превратилось в кладбище скорби. Воздух был пропитан запахом смерти, и рыдания выживших были единственным печальным реквиемом по их разрушенному дому.