Она все-таки закончила к девяти часам, пусть и пришлось вырвать парочку страниц. Там были еще какие-то надписи, непонятные человечки, палочки но… Зачем брать такую ерунду в голову? Разве она не знает суть этих приколов? Дети просто хотят напугать, поэтому рисуют все что в голову взбредет. Как-то раз она с подружками написала мелом на заборе одного неудачника «ты умрешь, я приду за тобой», это было еще до переезда и тогда они хорошенько посмеялись.
А сейчас кто-то проверял ее. Остаться в группе неприкосновенных девчонок не так-то уж и просто. Надо прити завтра в школу, будто ничего и не случилось, тогда они поймут, что таким идиотизмом ее не взять.
***
Она обнаружила, что стоит перед дверью домика. Вокруг не было ни других домов, ни фонарей, только темнота. И темнота приносила с собой НЕЧТО. Странный шепот на непонятном языке, завывания ветра, странный скрип и шаги.
Напуганный ребенок забежал в дом. Внутри все так же темно, но глаза привыкают. Остальные звуки пропали, остался только скрип. Маленькая ручка ищет выключатель, девочка идет вдоль стены. На секунду она касается чего-то, подозрительно похожего на руку, но оно слишком холодное, слишком твердое, в этот же миг вторая рука касается небольшой кнопки, на потолке загорается свет.
Комната пуста, однако, тумбочка под лестницей и шкаф что-то напоминают… Школьница уверена, здесь кто-то был, его прогнал свет.
Она заворачивает направо, заходит в еще одну комнату — судя по огромномым нависающим на стенах теням — кухня. Девочка так же ищет тут выключатель, краем глаза она замечает силуэт у плиты — высокая женщина. Домохозяйка стоит неподвижно, никак не реагируя на гостью, а девочка боиться спросить что-либо.
Не найдя выключателя она крадется к плите, все тело дрожит. За спиной раздается стук — еще один гость пришел, он очень настойчив. Девочка касается рукой кнопки на плите, вспышка света, громкий писк, все прекращается.
Теперь кухня опустела, осталась лишь мебель. Плита светиться оранжевым светом, а внутри виднеется нарисованная курица.
«Это же кухня из набора Барби, это… кукольный домик, мой домик».
Не успевает девочка опомниться, как с другой стороны дома вновь раздается стук. Она бежит туда. Вторая комната на первом этаже — гостинная, там светиться игрушечный камин.
Школьница со всех ног бросается в ту комнату, по пути перепрыгивая тумбочку в прихожей. Она сама не понимает, почему так хочет включить свет, почему просто не останется в освещенной комнате? Но что-то внутри нее говорит, что оно придет с темнотой, что оно не должно попасть в дом.
В гостинной она спотыкается о чьи-то ноги на диване, сердце сжимается, как никогда раньше. Но это не он, это всего лишь кукла, пустая внутри обездвиженная игрушка. Школьница уже даже не встает — времени нет, она подползает к кнопке около камина и нажимает ее.
Она понимает, что сйчас ей нужно подняться на второй этаж и включить свет там, и даже не знает, выдержит ли ее картонка-пол. Но действовать надо быстро, иначе тот, кто приходит во тьме, вернется.
На втором этаже три комнаты — две спальни и ванная. Она решает забежать в первую спальню — там загораються светильники на тумбочке.
В глаза сразу бросается фигура за туалетным столиком. Насколько помнит хозяйка дома — пышная подружка барби, она оставила ее там с помадой в руке.
Девочка уже подходит к светильнику, кажется, на кровати лежит кен. Школьница включает свет, и когда светильники загораються, поворачивается к зеркалу.
На секунду в отражении она видит лицо той куклы — вся краска размазалась, превратившись в одно неразборчивое пятно, а затем и пышная Барби и кен пропадают, оставляя девочку в полном одиночестве.
Тем временем что-то уже лезет в окно ванной комнаты. Напуганный ребенок понимает, что ошибся, и монстр направился в другую комнату. Школьница забегает туда. Она помнит, что ванна подствечивается, если нажать кнопку на дне.
Девочка подходит к ванной и борется с соблазном посмотреть в окно. Она слышит, как он стучиться, пытается открыть или сломать оконную раму. Руками она тянется к дну ванной и…
Фу! Какая гадость! Вся ванна наполнена чем-то липким, черным, холодным. Она точно помнит, что оставила здесь одну куклу, но без воды. Рука окунается все глубже, кукольная мебель почему-то становиться слишком большой. Наконец-то девочка нажимает на кнопку, свет озаряет комнату, все ужасы исчезают.
Только ее рука остается покрытой этой гадостью, черная слизь капает на нарисованный ковер, девочка вытерает ее о полотенце и спешит в последнюю комнату.
Здесь она, к счастью, не оставляла никаких кукол, только мишку, который светится если нажать ему на живот. Малышка подходит к кровати, залазит, под ногами твердая пластмасса. Ручка тыкает в мишутку, тот загорается красным светом.
— Я люю… блю… теее… — Выдает игрушка искривленным голосом и гаснет. Батарейка внутри села, оставив девочку в абсолютной темноте.
Словно учуяв это, монстр снова начал стучать в окно. Она пытается вспомнить, что же дети говорили о нем. На самом деле, много всякой всячины, но почти не слова о том, как бороться с чудовищем. Стук становился все громче, девочка набралась смелости и подошла к окну.
Увиденное повергло малышку в шок — к стеклу прислонялись тощие костлявые пальцы, тонкая кожа просвечивала кости, лицо закрывало облако тумана, а ноги… Они уходили вниз, к первому этажу. Он даже не карабкался по стенам, не залазил по лестнице, а просто стоял на месте, так что же мешало Тощему Человеку сразу зайти в дом?
— Уйди! Пропади! Исчезни!
Школьница кричала, барабанила руками по стеклу, а он… прекратил стучать и больше никак не реагировал.
— Ты… что ли… издиваешься надо мной? Играешь? Да ответь уже!
Все так же неподвижно стоит.
— Ну же, хоть одно слово, слабак, давай!
И тут голову пронзила боль, настолько сильная, что затмила собою все мысли. Девочка упала на колени, ударилась лбом о пол, но уже не чувствовала этого. Ей показалось, что мозг стал слишком большим, начал пульсировать, и сейчас разорвет ее крошечную черепушку. Она услышала голос, но уже не Слендера, а своего отца, что-то давно забытое еще из раннего дества.
— …оторвался от стенки сосуда, ее не могли лечить, пока она ждала тебя. Понимаешь, мамочка отдала свою жизнь, чтобы появилась твоя.
А потом все окончательно провалилось в темень.
***
«Я проснулась с твердой увереностью, что на руке должна остаться та ужасная гадость, но ничего не было. Через пять минут зазвенел будильник, солнце уже давно встало — начиналось мое обычное утро.
Мне надо было одеться, позавтракать и почистить зубы, но тот сон был настолько реальным, что я не смогла удержаться.
Домик стоял прямо напротив моей кровати, передняя часть отодвигалась. На секунду я даже поверила, что это действительно был обычный сон, а тогда открыла домик…
Мои куклы! Господи, что с ними случилось? В прихожей висела Лалалупси*, болталась на черной нитке, на кухне стояла Барби с пластмасовым ножиком, и как он застрял у нее в спине? Ее обезглавленная копия лежала в гостинной, части кена валялись на кровати, а Л.О.Л. плавала в черной жидкости.
Я набралсь смелости и окунула палец в ванную. Знакомый запах… Это же обычное чернило для ручек! У каждой куклы лицо было стерто, остатки печати размазались по лицам и нити… Черные нити обвивали всех их, они уходили куда-то за дом.
Там, на задней стенке, они сплетались вместе, словно паук, а еще все стены дома были изрисованны теми самыми человечками. Это было так странно, так пугающе, но я не могла сказать отцу — он опять во всем обвинит мою фантазию и заставит все это убирать. Пришлось просто закрыть домик и пойти завтракать, как будто ничего не случилось.