В своей стерильной комнате, наблюдая за отчётом своей «троицы», Грегор Сайфер позволил себе довольную улыбку.
Вертер — нервы. Ликута — мускулы. Буран — кость и воля. А я — мозг.
Он отправил краткое сообщение:
САЙФЕР: План утверждён. Действуйте. Помните: создатель — в приоритете. Его спутницу можно повредить ровно настолько, насколько это необходимо для достижения цели. Не больше, не меньше.
Он откинулся в кресле.Игра вступала в новую фазу. Фазу давления. И он знал, что даже самый гениальный ум, загнанный в угол и лишённый поддержки, в конце концов, сломается.
А потом его можно будет собрать заново.Правильно.
---
В заброшенном депо на другом конце города, в бывшем цеху для ремонта поездов, Эйдж и Божана разбирали «сокровища», спасённые из его старых тайников. Не «Циклон», но его предки: прототипы шасси, экспериментальные блоки управления, ящики с бесценной электроникой.
—Он будет искать нас через цифровые следы, — говорила Божана, подключая очередной сервер к автономной сети. — Значит, мы уходим в офлайн. Полный цифровой детокс. Покупки только за наличные, через посредников. Связь — через одноразовые коды и аналоговые «мёртвые почтовые ящики».
—Но чтобы построить то, что я задумал, мне нужны детали, которых тут нет, — Эйдж стёр пот со лба. — Контроллер для нейро-обратной связи последнего поколения. Сплав для рамы, который не замерзнет и не перегреется... Он знает это. Он будет следить за всеми легальными и нелегальными каналами.
—Тогда мы его обманем, — решительно сказала Божана. — Мы создадим приманку. Я выйду в сеть с подставного аккаунта и начну искать совсем другие детали. Создам шум. А настоящий запрос уйдёт по другому каналу. По самому старому.
—Какому?
Божана улыбнулась.
—По человеческому. Есть у меня один человек на рынке. Не любит компьютеры. Любит звонкую монету и крепкое рукопожатие. Он ничего не записывает. Всё — в голове. Давно хотел его проверить на прочность.
Эйдж посмотрел на неё,потом на груду металла, которая должна была стать их спасением.
—Рискованно.
—Всё рискованно. Сидеть тут и ждать, пока Буран выломает дверь — тоже. — Она положила руку ему на плечо. — Мы меняем правила, помнишь? Их правила — слежка и контроль. Наши — непредсказуемость и человеческое чутьё.
Они не знали,что в этот самый момент жёлтый глаз Ликуты уже изучал тепловые следы возле заброшенного депо, а рой «мошек» Вертера начинал свой неторопливый, невидимый патруль по вентиляционным шахтам. Тени уже сгущались.
Но и у них была своя тень.Имя ей — надежда. И ярость творца, которого лишили его ДЕТИЩА.
Глава 5.
ГЛАВА 5: ВИХРЬ СРЕДИ КРАНОВ
Их новая мастерская, спрятанная в ангаре заброшенного цеха, пахла сваркой, горячим металлом и адреналином. То, что росло в центре помещения, было не «Циклоном». Это был его антипод, его тень из кошмара. Эйдж назвал его «Вихрь».
«Вихрь» был собран из ранних прототипов и украденных запчастей. Рама — облегчённый сплав, который Эйдж когда-то отверг как «слишком хрупкий». Двигатель — гибридный, с турбонаддувом, невероятно мощный, но капризный, как погода в горах. Вооружения не было. Вместо него — импровизированные модули: генератор электромагнитных импульсов малой мощности (собранный из микроволновки и автомобильной катушки зажигания), дымовая завеса на основе аэрозольных баллонов и манипулятор-крюк на гибком тросе.