Между ними повисло молчание. Клинт чесал щетину на подбородке, глядя на своих кибер-псов.
—Что ты хочешь построить? — наконец спросил он у Эйджа.
—Не оружие. Противоядие. Устройство, которое не будет драться с «Циклоном», а заставит его драться с самим собой. Ядро его управления — это нейросеть, обучаемая на данных. Если внести в её среду контролируемый вирус, конфликтующий набор команд... она может обратиться против систем хозяина. Или просто заглючить.
—Это рискованно. Почти безумие, — сказала Дена, но в её голосе слышался интерес.
—Всё, что мы делаем последнюю неделю, — безумие, — сказала Божана. — Но это работает.
Клинт хмыкнул.
—Ладно. Детали мы дадим. И место для работы. У нас есть ангар, он... защищён от любопытных глаз и сигналов. Но вы работаете под нашим присмотром. И ваш план по «Атласу» — он будет реализован в первую очередь. Мы хотим увидеть, как у них погаснет свет, прежде чем вы пойдёте на свою последнюю гонку.
—Договорились, — сказал Эйдж.
Их привели в ангар, который оказался замаскированным под гору металлолома. Внутри — относительно чистое пространство, заставленное станками, 3D-принтерами и столами с паяльным оборудованием. Это был рай для инженера-изгоя.
Пока Эйдж с головой погрузился в работу, Божана и Дена сработались с неожиданной скоростью. Они говорили на одном языке — языке кода и взлома. Дена оказалась гением импровизированной электроники и экранирования. Именно она предложила идею: «Куколка».
— «Циклон» — это бабочка, — объясняла она, чертя схемы. — Быстрая, смертоносная. Но чтобы добраться до её нервной системы, нужно стать гусеницей. Маленькой, незаметной, способной проникнуть внутрь кокона. Мы построим не конкурента. Мы построим паразита. Устройство, которое можно будет незаметно «подсадить» к «Циклону» в ближнем бою. Оно внедрит твой вирус прямо в его внутреннюю сеть.
Эйдж слушал, и в его глазах загорался новый огонь. Это было гениально и подло. Не честный бой, а диверсия. Идеально против Сайфера.
Работа закипела. Клинт обеспечивал их редкими деталями, добытыми бог знает откуда. Дена помогала с экранированием — их творение должно было быть невидимым для сканеров Вертера. Божана писала вирусный код, основанный на уязвимостях, которые Эйдж знал со времён разработки.
Но «Металлический рай» не был неприступной крепостью. На третий день их укрытия, когда «Куколка» была почти готова, сработала старая, аналоговая сигнализация Клинта — струны с консервными банками, натянутые по периметру.
Клинт вбежал в ангар, лицо искажено тревогой.
—У нас гости. Не наши. Ликута. Он здесь со своими «дробовиками». Они методично прочёсывают территорию. Вертер наводит их.
Ликута. Физический взломщик Сайфера. Он пришёл не шпионить, а выкуривать.
—Как они нашли нас? — прошептала Божана.
—Неважно, — сказал Клинт. — Есть задний ход. Через тоннель старого коллектора. Дена, выводи их. Я займу гостей.
— Нет, — твёрдо сказал Эйдж. — Мы уже принесли достаточно бед. Мы...
—Ты будешь работать, создатель, — перебил его Клинт. — Твоя работа — закончить эту штуку. А моя работа — защищать свою свалку. Дена, веди их!
Дена без слов кивнула и схватила Божану за руку. Эйдж, стиснув зубы, бросил последний взгляд на почти готовую «Куколку» и схватил её вместе с чертежами. Они нырнули в люк в полу ангара.
Сверху, сквозь металл, уже доносились звуки: тяжёлые шаги, скрежет раздвигаемого металла, и сиплый голос Ликуты: «Вылезай, хозяин. Поговорим».
Клинт вышел навстречу, держа в руках не оружие, а огромный магнитный импактор — устройство для демонтажа металла.
—Свалка закрыта, урод. Убирайся.
Ответом был выстрел из подствольного гранатомёта Ликуты. Граната со снотворным газом разорвалась у ног Клинта, но он успел отпрыгнуть за укрытие. Его кибер-псы с рычанием бросились на Ликуту. Началась короткая, жестокая схватка в лабиринте из хлама.
В тоннеле коллектора было темно и сыро. Дена вела их уверенно, её очки светились слабым зелёным светом, вырисовывая путь.
—Он... он справится? — спросила Божана.
—Брат? — Дена усмехнулась без веселья. — Он пережил пожар на заводе и три попытки «Атласа» выкурить нас отсюда. Он знает каждую щель здесь. Ликута найдёт только головную боль и пару сюрпризов. Но нам нужно двигаться. Они не пришли одни.