Он рванулся к главному терминалу, пальцы взлетели над клавиатурой.
—Покажи мне логи! Всё! От первой команды до последнего сигнала!
На экранах замелькали строки. Эйдж впился в них, как хищник. Его сознание, настроенное на машинный язык, мгновенно отфильтровывало шум. И он увидел это.
Команда deactivate_all_safeties. Уровень доступа: КОРНЕВОЙ. Источник: server_alpha_atlas.local
— Невозможно... — прошептал он. — Этого не может быть...
Server_alpha_atlas.local. Главный сервер «Атласа» в защищенном сегменте. Доступ к нему имели только пять человек во всем мире. И он, Эйдж, не входил в их число.
Он углубился в код, раздвигая слои защиты, как археолог, раскапывающий могилу. И там, в самом ядре протокола нейро-связи, он нашел ее. Не ошибку. Архитектурную особенность. Элегантную, как японский сад камней. Бэкдор, встроенный на этапе проектирования. Ключ к нему был вшит в криптографический модуль, сертифицированный самим «Атласом».
Изменения были внесены девять месяцев назад. В день, когда он представлял предварительные чертежи совету директоров.
Эйдж откинулся на спинку кресла. Его мир, выстроенный на логике и кремнии, дал трещину. Предали. Его предали на уровне самого фундамента. Кто-то, кому он доверял, кому показывал свои детища, девять месяцев готовил ему нож в спину.
Внезапно замигал свет. На главном мониторе всплыло окно внешнего оповещения. «Обнаружено несанкционированное подключение к камерам полигона „Атлас“. Трафик перенаправлен через три ретранслятора. Исходная точка: не установлена.»
Эйдж нахмурился. Взлом? Прямо сейчас? Он положил руку на скрытую кнопку под столом, активируя систему физической защиты лаборатории. Стальные шторы поползли вниз, блокируя окна.
На экране появилось новое окно с текстом:
БОЖ: Привет, реактивный. Красиво облажался там. Дождь и огонь — твой фирменный стиль?
Эйдж замер. Бож. Божана Ловка. Призрак из прошлого, который однажды уже вытащил его из корпоративного ада. Он ответил:
ЭЙДЖ: Как ты это видела?
БОЖ: У меня есть подписка на все каналы „Атласа“. Особенно на те, которые они считают закрытыми. Мне понравилась часть, где твоя игрушка плюнула на тебя и уехала. Очень по-человечески.
ЭЙДЖ: Это не смешно.
БОЖ: Знаю. Поэтому я уже тут. Открой дверь, герой.
Эйдж вздохнул, отключил систему защиты и пошел к входу. В дверях стояла она. Невысокая, в потертой кожаной куртке, с рюкзаком за плечами. Карие глаза смотрели с ироничной серьезностью. За ней хлестал ночной дождь.
— Можно войти? Или будешь продолжать пялиться, как кот, у которого отняли миску? — спросила Божана, не дожидаясь приглашения, протиснулась внутрь.
Она оглядела лабораторию, кивнула.
—Ничего не изменилось. Все такой же прекрасный беспорядок. Чем пахнет? А, да. Тоской по украденной игрушке.
— Это не игрушка, — огрызнулся Эйдж. — И что тебе нужно?
Божана сбросила рюкзак, достала планшет.
—Во-первых, спасти тебя от самого себя. Ты уже полез в логи, да? Нашел бэкдор? Понял, что это инсайдер?
Эйдж молча кивнул.
— Хорошо. А теперь посмотри на это. — Она запустила на планшете видео. Кадры с камер наблюдения вокруг полигона, но в другом спектре. Тепловизор. — Видишь? За два часа до демонстрации на периметр вышла группа из трех человек. Не охрана. Они обошли все датчики, как по учебнику. Профессионалы. А вот самый интересный момент.
Она увеличила изображение. Один из людей повернулся, и на мгновение тепловая подпись показала неестественно холодную правую половину его тела и ярко-красную точку в области глаза.
— Кибернетика военного класса, — пробормотал Эйдж. — Но это же...
—Да, «Атлас». Модель «Цербер», экспериментальная серия. Программа закрыта после инцидента. Все образцы должны были быть утилизированы.
— Значит, кто-то не утилизировал.
— Бинго. — Божана переключила экран. — А теперь цифровой след. Взлом был проведен через сервер «Альфа». Но чтобы получить доступ, использовали ключ, который был аннулирован восемь месяцев назад. После увольнения одного человека.
На экране появилось лицо. Холодные глаза, седые виски, безупречная осанка даже на служебной фотографии.
Грегор Сайфер. Бывший директор по стратегическим разработкам «Атлас Корпорейшн». Уволен за нарушение этического кодекса.