– Тогда я поручаю тебе связаться с Белым домом и договориться о встрече с его представителями во время празднования Дня знаний.
– Надеюсь, она состоится перед тем, как ты произнесешь речь.
– Конечно.
– Разве ты не испытываешь судьбу, откладывая все до последнего момента?
– Он согласится, – сказал Фидель, выпуская клуб дыма. – Можешь не сомневаться. Те три советских космонавта в качестве подарка докажут ему наши добрые намерения.
Рауль недовольно нахмурился:
– Мне кажется, он уже послал нам ответ.
Фидель повернулся и пристально посмотрел на него:
– Я об этом ничего не знаю.
– Я не говорил тебе об этом, потому что тогда это было всего лишь предположение, – нервно сказал Рауль. – Но я подозреваю, что президент отправил посланника на дирижабле Рэймонда Лебарона, который должен был проникнуть к нам незаметно для советской разведки.
– Господи Иисусе, ты имеешь в виду дирижабль, сбитый нашим патрульным вертолетом?
– Идиотский просчет, – признал Рауль. – Выживших не нашли.
Фидель пришел в замешательство:
– Тогда почему Госдепартамент обвиняет нас в том, что мы держим в заключении миссис Лебарон и ее экипаж?
– Без понятия.
– И почему я ничего не знал?
– Тебе посылали доклад, но, видимо, ты его не читал, как и многие другие. Ты стал не тем человеком, с которым можно легко связаться. И уже не так внимательно относишься к мелочам, как раньше.
Фидель яростно смотал удочку и расстегнул ремни на рыболовном кресле.
– Скажи капитану, пусть разворачивает катер в гавань.
– Что ты собираешься делать?
Брат широко улыбнулся, зажав сигару зубами.
– Охотиться на уток.
– Когда? Сегодня?
– Как только высадимся на берег, я собираюсь залечь на дно в моем загородном ранчо за пределами Гаваны, и ты поедешь со мной. Мы укроемся ото всех и до самого Дня знаний не будем отвечать на звонки и встречаться с кем-либо.
– Думаешь, будет мудро заставить президента ждать, спрятавшись от внутренней советской угрозы?
– Как это может навредить? Колеса международных отношений с американцами уже вращаются, словно колеса запряженной волами телеги. Его посланники мертвы, так что ему остается лишь смотреть в стену и ждать моего следующего шага. В свою очередь, возможность для русских сделать их ход еще не созрела.
Он легонько хлопнул брата по плечу:
– Выше нос! Что такого может случиться в ближайшие пять дней, с чем мы не справимся?
Рауль и сам задавался таким вопросом.
Вскоре после полуночи двери лифта раскрылись, и в кабинет к генералу Великову, застывшему возле стола, вошел Лев Майский.
Великов холодно поздоровался с ним:
– Товарищ Майский. Приятная неожиданность.
– Товарищ генерал.
– Могу я предложить вам чего-нибудь выпить?
– Терпеть не могу эту адскую влажность, – ответил Майский, вытерев лоб и увидев пот на пальцах. – Я бы не отказался от стаканчика холодной водки.
Великов снял трубку и отдал короткий приказ. Затем жестом указал гостю присаживаться.
– Чувствуйте себя как дома.
Заместитель начальника КГБ устало опустился в мягкое кожаное кресло и зевнул, вспомнив, что ему пришлось пересечь несколько часовых поясов.
– Прошу прощения за то, что вас не предупредили о моем приезде, генерал, но товарищ Полевой посчитал, что лучше не рисковать и не давать американскому Агентству национальной безопасности возможность перехватить ваши новые указания.
Великов привычным движением поднял бровь и вопросительно посмотрел на Майского:
– Новые указания?
– Да, пришло время для самой сложной операции.
– Надеюсь, глава КГБ не отдаст мне приказ отсрочить проект по убийству Кастро.
– Не беспокойтесь. На самом деле он просил меня передать вам, что корабли с необходимым для работы грузом прибудут в Гавану на полдня раньше, чем было запланировано.
Великов кивнул, явно обрадованный известием.
– Значит, тогда у нас будет дополнительное время.
– У вас возникали какие-либо проблемы? – спросил Майский.
– Все идет как по маслу.
– Все? – переспросил мужчина. – Товарищ Полевой был недоволен, когда узнал о побеге одного из ваших заключенных.
– Ему не стоит волноваться. Рыбак выловил из воды тело пропавшего без вести человека. Наша база по-прежнему в безопасности.
– А что с остальными? Вы же знаете, Госдепартамент требует от кубинского правительства освободить их.
– Обычный блеф, – ответил Великов. – У ЦРУ нет ни малейшего доказательства того, что они еще живы. То, что Вашингтон требует их освобождения у кубинцев, а не у нас, еще раз доказывает, что они просто тычут пальцем в небо.