– Наслаждаетесь обедом, джентльмены?
– Вы забыли подать вино, – презрительно сказал Джордино. – И я предпочитаю, когда бифштекс слабо прожарен.
Глай подошел ближе и наотмашь врезал кулаком в солнечное сплетение Джордино, прежде чем тот успел разгадать его намерения.
Эл охнул, все его тело содрогнулось, лицо стало мертвенно-бледным, и все же невероятным усилием он выдавил кривую улыбку. По заросшему щетиной подбородку из прокушенной губы сочилась кровь.
Оттолкнувшись одной рукой от койки, Ганн изо всех сил швырнул тарелку с едой в голову Глая. По лицу мучителя начали медленно стекать яйца, а недоеденный кусок мяса попал ему точно в рот.
– Идиотский поступок, – яростно прошипел садист. – Ты пожалеешь об этом.
Он наклонился к ногам Ганна, схватил его за сломанную лодыжку и резко вывернул ее, причиняя сильную боль.
Пленник сжал кулаки, в глазах от боли блеснули слезы, но он не издал ни звука. Глай отошел и уставился на него, словно удивляясь стойкости.
– А ты крепкий, несмотря на то, что коротышка.
– Вали в свою нору, подонок, – выдавил Джордино, все еще пытаясь отдышаться.
– До чего же упертые, – устало вздохнул Глай. На секунду его глаза стали задумчивыми, но затем в них снова вернулась черная пустота, и взгляд стал холодным и злобным, будто у каменной статуи. – Ты меня отвлек. Я пришел, чтобы рассказать вам новость о вашем друге Дирке Питте.
– Что с ним?
– Он пытался бежать и утонул.
– Ты лжешь! – прорычал Ганн.
– Его нашел багамский рыбак. Американское консульство уже опознало тело, вернее, то, что не доели акулы. – Глай смахнул с лица потеки яичного желтка, бросил себе под ноги кусок мяса с тарелки Джордино и растоптал его. – Приятного аппетита, джентльмены.
Он вышел из комнаты и запер за собой дверь.
Пленники несколько долгих секунд молча смотрели друг на друга, пока их не осенило, а на лице не появились широкие ухмылки, которые тут же сменились смехом.
– Он сделал это! – воскликнул Джордино, восторг поборол боль. – Дирк добрался домой!
Космическая станция «Коламбус» славилась своими эффектными экспериментами, такими, как разработка необычных медикаментов, выращивание чистых кристаллов для полупроводниковых компьютерных чипов и исследование гамма-излучения. Но главным назначением сорокатонной станции на краю последнего рубежа был ремонт и обслуживание спутников.
Джек Шерман, командир экипажа космической станции, помогал команде инженеров в цилиндрическом отсеке обслуживания перетащить спутник в ремонтную клеть, когда через центральный динамик раздался голос:
– Вы свободны, Джек?
– Слушаю вас.
– Можете подойти к командному отсеку?
– Что случилось?
– В наш канал связи вломился какой-то шутник.
– Дайте ему отбой.
– Вам лучше подойти к нам.
– Через пару минут буду.
Закрепив спутник и закрыв шлюз, Шерман снял скафандр и поставил сапоги в шкафчик. Затем, плавно скользя в невесомости, добрался до мозгового центра станции. Инженер по связи и радиоэлектронике приветствовал его коротким кивком.
– Послушайте.
Он наклонился к микрофону, установленному на панели управления.
– Представьтесь еще раз, пожалуйста.
После небольшой паузы из динамика донеслось:
– Коламбус, это колония Джерси. Мы просим разрешения стыковаться с вашей станцией.
Инженер повернулся к Шерману:
– Что вы думаете? По-моему, кто-то с Земли захотел подшутить.
Шерман наклонился над панелью:
– Колония Джерси, или как вы там себя называете, это закрытый канал НАСА. Вы создаете помехи космической связи. Будьте добры, отключитесь.
– Ни в коем случае, – послышался странный голос. – Наш лунный корабль встретится с вами через два часа. Пожалуйста, разрешите стыковку.
– Лунный – что? – Лицо Шермана исказил гнев. – Хьюстон, вы меня слышите?
– Я вас слышу, – раздался голос из звукового канала космического центра управления Хьюстона.
– Что вы об этом думаете?
– Мы пытаемся установить сигнал, Коламбус. Будьте на приеме.
– Не знаю, кто ты такой, приятель, но ты крупно влип, – со злостью сказал Шерман.
– Меня зовут Эли Штейнмец. Нам требуется медицинская помощь. У нас на борту двое раненых.
Шерман ударил кулаком по спинке кресла инженера.
– Что это за шутки?
– С кем я сейчас разговариваю? – спросил Штейнмец.
– Я Джек Шерман, командир станции Коламбус.
– Прошу прощения за внезапное вмешательство в ваш канал связи, Шерман, я думал, что вам уже сообщали о нашем прибытии.