– Имя Брайана Шо тебе о чем-нибудь говорит? – спокойно спросил он.
Ненависть в глазах Глая медленно сменилась недоумением:
– Британский агент? Ты знал его?
– Шесть месяцев назад я спас ему жизнь на буксире на реке Святого Лаврентия. Помнишь? Ты едва не удавил его, но тут сзади подошел я и треснул тебе по голове гаечным ключом.
Дикий взгляд врага еще сильнее раззадорил Питта.
– Значит, вот кто помешал мне!
– Ты должен был узнать это перед смертью, – дьявольски улыбнулся мужчина.
– Скорее ты прочитал мне свою последнюю исповедь. – В голосе Глая не чувствовалось презрение или наглость, лишь простая вера в свои силы.
Не говоря дальше ни слова, Дирк с поднятой битой и Глай, волоча раненую ногу, начали расхаживать по кругу, словно два волка. В комнате наступила жуткая тишина. Ганн, изо всех сил превозмогая боль, потянулся к лежащему недалеко от него автомату, но Глай уголком глаза заметил движение и отбросил оружие ногой. Все еще привязанный к стулу Джордино безнадежно пытался выпутаться, а Джесси неподвижно лежала на полу, как зачарованная наблюдая за схваткой.
Питт шагнул вперед, намереваясь нанести удар, но нога вдруг скользнула в луже крови одного из убитых русских. Бита попала бы в голову Глаю, сумей Дирк устоять на ногах, но удар пришелся на шесть дюймов выше, чем надо. Враг рефлекторно выбросил руку и отразил удар огромным бицепсом.
Деревянная бита задрожала в руках Питта, словно он ударил ею о бампер автомобиля. Противник схватил конец биты свободной рукой и рванул ее, как тяжелоатлет. Питт решил до конца не выпускать биту из рук, поэтому его подбросило в воздух, словно маленького ребенка, и откинуло через всю комнату в книжный шкаф, после чего он упал на пол вместе с посыпавшимися с полок книжными томами в кожаных переплетах.
В комнате наступила тишина, наполненная безнадежностью и разочарованием. Джесси и остальные никогда бы не подумали, что Питт сможет встать после такого столкновения со стеной. Даже Глай расслабился и не торопясь подошел к лежащему на полу телу, не скрывая радости от победы на свирепом лице и поджав губы в улыбке, представляя, как будет добивать Дирка.
Но тут он остановился, недоверчиво глядя, как Питт поднимается из-под завала книг, напоминая собой окруженного соперниками, ошеломленного и слегка сбитого с толку, но готового к дальнейшей схватке квотербека. Кроме поверженного, никто не понимал, что как раз книги и смягчили удар. Несмотря на адскую боль, он ничего себе не сломал и даже не вывихнул. Подняв биту, Питт бросился навстречу человеку-глыбе и изо всей силы ткнул тупым концом биты в насмешливое лицо.
Но он недооценил нечеловеческую мощь гиганта. Фосс уклонился от выпада и, отбив биту кулаком в сторону, воспользовался неосторожным маневром Питта, обхватив его спину Стальными руками. Питт яростно изогнулся и так сильно пнул коленом в пах противнику, что любой другой человек скрутился бы пополам. Но не Глай. Он негромко всхрапнул, моргнул и еще сильнее сжал Питта в медвежьих объятиях, намереваясь выдавить из него жизнь.
Враг не мигая, почти в упор смотрел Питту в глаза. На его лице не было заметно ни капли напряжения, губы словно сковала застывшая ухмылка. Мужчина оторвал Питта от земли, продолжая сжимать и ожидая увидеть на лице жертвы гримасу предсмертного ужаса.
Воздух покидал легкие Питта, он начал задыхаться. Комната поплыла перед глазами, боль обжигала грудь изнутри. Откуда-то издалека он слышал крики Джесси и Джордино, но не мог разобрать слова. Несмотря на боль, его голова оставалась ясной и прекрасно соображала. Он отказался принять смерть, вместо этого придумав простой способ, как обмануть ее.
Рука, держащая биту, была плотно зажата в тиски Глая, но вторая рука оставалась свободной. Перед глазами начал опускаться черный занавес. Поняв, что смерть уже на пороге, Питт совершил последнюю попытку выпутаться.
Он поднял руку над лицом Глая и вдавил палец в его глазное яблоко, на всю длину заталкивая его в глубь черепа и вкручивая в мозг.
Шок стер улыбку с лица врага, шок невероятной боли и непонимания. Все стало наполовину темным, и он инстинктивно разжал руки и поднял их к глазу, оглушая комнату ужасным ревом.
Несмотря на страшную рану, Фосс остался стоять на ногах и принялся метаться по комнате, словно обезумевшее животное. Питт не мог поверить, что монстр все еще в сознании, и уже было подумал, что Глай несокрушим, но тот вдруг прервал крик, сменив его мучительными рыданиями.
Послышались три выстрела. Джесси спокойно и беспощадно спустила курок и выстрелила в пах Фоссу Глаю. Пули вошли в него, он, шатаясь, отшагнул назад, затем на несколько секунд замер в нелепой позе, будто был куклой-марионеткой, поддерживаемой на нитях откуда-то сверху. Наконец его ноги подкосились, и громила рухнул на пол, словно спиленное дерево. Черный глаз все еще оставался открытым, такой же злобный после смерти, каким был и при жизни.