Затем абсолютно неожиданно молчание нарушил голос Юргенса:
– Хьюстон, это «Геттисберг». Как слышно? Прием.
Диспетчерская взорвалась бурными аплодисментами и овациями. Мерв Фоли сразу же произнес в микрофон:
– Я вас слышу, «Геттисберг». Добро пожаловать домой.
– Я говорю с настоящим Мервом Фоли?
– Если вы знаете другого такого, то надеюсь, что его поймают быстрее, чем он успеет наделать шороху под моим именем.
– Вы Фоли, все верно.
– Какое ваше положение, Дэйв? Прием.
– Вы разве не отслеживаете нас?
– С тех пор как покинули космическую станцию, все системы работали нормально, кроме связи и управления полетом.
– Тогда вы должны знать, что наша высота – сорок четыре тысячи футов, скорость – тысяча сто. Мы будем пытаться приземлиться на военно-морской авиабазе в Ки-Уэст. Прием.
Мерв напряженно посмотрел на Ирвина Митчелла.
Тот кивнул и легонько похлопал его по плечу:
– Давайте сделаем все возможное, чтобы помочь ребятам добраться домой.
– Они находятся в целых четырехстах милях от курсового диапазона, – уныло сказал Фоли. – Наше космическое судно весом сто тонн несется вниз со скоростью спуска десять тысяч футов в минуту на глиссаде, причем его крен в семь раз круче, чем у обычного самолета. Нам никогда не удастся этого сделать.
– Никогда не говори «никогда», – ответил Митчелл. – Теперь передайте им, что мы поддержим их. И постарайтесь говорить ободряюще.
– Ободряюще? – Фоли несколько секунд собирался с мыслями, затем нажал на кнопку передатчика: – Хорошо, Дэйв, мы уже работаем над тем, чтобы помочь вам добраться до Ки-Уэст. Вы идете на УЭЗП? Прием.
– Так точно. Мы делаем все возможное, чтобы сохранить высоту. Наша обычная схема захода на посадку должна быть удалена, чтобы увеличить пределы досягаемости. Прием.
– Вас понял. Мы поднимаем все воздушные и морские спасательные подразделения в районе.
– Предупредить флот о том, что мы заглянем на завтрак, может быть неплохой идеей.
– Так и сделаем, – сказал Фоли. – Будьте на связи.
Он обновил данные отслеживания на экране дисплея. «Геттисберг» опустился на тридцать девять тысяч пятьсот футов, а до конечной цели все еще оставалось восемьдесят миль.
Подошел директор службы управления полетов и уставился на параметры траектории полета на гигантском настенном экране. Он поправил наушники и связался с Юргенсом:
– Дэйв, это Ирвин Митчелл. Возвращайтесь на режим автопилота. Слышите меня? Прием.
– Я слышу, Ирв, но мне это не нравится.
– На данном этапе полета компьютеры справятся лучше. Вы можете перейти на ручное управление в десяти милях от точки приземления.
– Ладно, конец связи.
Фоли выжидающе посмотрел на Митчелла.
– Какие у них шансы? – спросил он.
Тот глубоко вздохнул:
– Хрупкие, как стекло.
– Думаешь, у них получится?
– Если ветер не начнет усиливаться, то остается призрачная надежда. Но если он начнет толкать их сбоку хотя бы со скоростью пять узлов, они точно сыграют в ящик.
В кабине пилотов «Геттисберга» не чувствовался страх. На него просто не было времени. Юргенс внимательно следил за траекторией снижения на экране дисплея. Он размял пальцы, словно пианист перед концертом, с нетерпением выжидая того момента, когда нужно будет перейти на ручное управление для последних посадочных маневров.
– Нас сопровождают, – сказал Буркхарт.
Впервые Юргенс оторвал взгляд от экрана и выглянул в окно. В двухстах ярдах рядом с ними летел истребитель «F-15». Он заметил, что пилот истребителя включил навигационные огни и покачал крыльями. Два других самолета, летящих следом, последовали его примеру. Юргенс отрегулировал рацию на диапазон частот военного назначения.
– Откуда вы взялись, ребята?
– Просто шатались по району в поисках девочек и вдруг заметили ваш летательный аппарат, – ответил Холлиман. – Мы можем вам чем-нибудь помочь? Прием.
– Буксировочный трос у вас есть? Прием.
– Мы его прошляпили.
– Ладно, спасибо за поддержку, конец связи.
Юргенс почувствовал облегчение. Если им не удастся долететь до Ки-Уэст и они рухнут в море, то по крайней мере рядом будут истребители, которые передадут спасателям их координаты. Пилот снова сосредоточился на показателях приборов навигации, нехотя задаваясь вопросом, почему Хьюстон до сих пор не связал их с военно-морской авиабазой в Ки-Уэст.