– Значит, мы потеряли и челнок?
– По данным космического центра имени Джонсона, он благополучно приземлился на Ки-Уэст.
– С американскими колонистами, – недовольно добавил глава государства.
– Да, они тоже были на борту.
Будучи слишком взбешенным, чтобы что-то сказать, несколько секунд Антонов просидел молча, закусив губу и немигающим взглядом уставившись в никуда.
– Как им это удалось? – наконец прорычал он. – Как они смогли в последнюю минуту вернуть свой драгоценный челнок?
– Дуракам везет, – ответил Полевой, снова придерживаясь коммунистической догмы перекладывать вину на кого-нибудь другого. – Хитрец Кастро спас их задницы.
Глаза Антонова вдруг впились в Полевого:
– Вы же так часто хвалились мне, товарищ директор, что братья Кастро даже в туалет сходить не могут без того, чтобы КГБ не узнал, сколько туалетной бумаги они использовали. А теперь скажите, как же так получилось, что им удалось вступить в сговор с президентом Соединенных Штатов, а ваши агенты разведки об этом ничего не знали.
Полевой невольно вырыл яму сам себе и теперь, чтобы как-то выбраться из нее, попытался ловко сменить тему разговора:
– Операция «Ром и кола» все еще продолжается. Быть может, мы просчитались с челноком и упустили из рук богатый источник научных данных, но это приемлемые потери, если нам удастся установить тотальный контроль над Кубой.
Антонов посчитал слова Полевого справедливыми и проглотил наживку.
– Сомневаюсь. Без Великова, который должен был руководить операцией, наши шансы уменьшаются ровно вдвое.
– Генерал больше не играет столь важной роли в операции «Ром и кола». План выполнен на девяносто процентов. Корабли войдут в порт Гаваны завтра вечером, а речь Кастро запланирована только на следующее утро. Великов создал потрясающий задел для успеха. Слухи о новом плане ЦРУ убить Кастро уже разошлись по всему Новому Свету, и мы уже подготовили достаточно доказательств, чтобы уличить в убийстве американцев. Осталось всего лишь нажать на кнопку.
– Вы предупредили наших людей в Гаване и Сантьяго?
– Они готовы взять власть в свои руки и сформировать новое правительство, как только убийство состоится.
– И кто будет их следующим правителем?
– Алисия Кордеро.
У Антонова отвисла челюсть.
– Женщина? Вы серьезно? Вы назначили женщину управлять Кубой после смерти Фиделя Кастро?
– Это идеальный выбор, – твердо сказал Полевой. – Алисия является секретарем Центрального комитета и секретарем Государственного совета. И что самое важное – она близкая доверенная Кастро, кубинцы боготворят ее за успешные экономические программы ее семьи, а также за то, что она прекрасный оратор. У нее есть те же шарм и обаяние, что и у Фиделя. Верность дамы Советскому Союзу не вызывает сомнений, нового правителя полностью поддержит кубинская армия.
– Которая работает на нас.
– Принадлежит нам, – поправил Полевой.
– Значит, мы все еще в игре.
– Да, товарищ президент.
– А что потом? – спросил Антонов.
– Никарагуа, Перу, Чили. И, конечно же, Аргентина, – сказал Полевой, входя во вкус. – Только теперь без революций и кровавой партизанщины. Мы внедрим своих людей в их правительства и будем плести интриги изнутри, стараясь не привлекать внимания США. А когда они проснутся, будет слишком поздно. Южная и Центральная Америка уже окажется под крылом Советского Союза.
– А как же партия? – неодобрительным тоном сказал Антонов. – Полевой, вы что, забыли корни нашего коммунистического наследия?
– Партия – основа, на ней все создается. Мы не можем и дальше сковывать себя устаревшей марксистской философией, доказавшей свою несостоятельность за прошедшие сто лет. До начала двадцать первого века осталось одно десятилетие. Наступили дни трезвого реализма. Повторю ваши слова, товарищ президент: «Я предвижу эпоху нового социализма, которая сотрет ненавистный бич капитализма с лица Земли». Куба – первый шаг к нашей мечте о создании нового мирового сообщества, и во главе его будет стоять Кремль.
– А Фидель Кастро – единственная преграда.
– Да, – зловеще улыбнулся Полевой. – Но только на последние сорок восемь часов.
Президентский самолет поднялся со взлетной полосы авиабазы военно-воздушных сил «Эндрюс» и повернул на юг над знаменитыми холмами Вирджинии. Утреннее небо было голубым и чистым, если не считать нескольких разрозненных грозовых туч вдали. Полковник ВВС, управлявший «Боингом» во время правления трех предыдущих президентов, взял высоту тридцать четыре тысячи футов над землей и объявил в микрофон время прибытия на мыс Канаверал.