В интеллектуальных путешественниках заподозрили тривиальных дачных воришек.
Нонна вернулась в прихожую. Муж уже успел скумекать.
- Ну что же, Нонна... Пожалуй, надо вызывать милицию, - старательно скрывая радость, не слишком мрачно произнес Роман.
Нечаянный облом внезапно обернулся щедрейшим подарком негодяям!
Они шли в пустой и темный генеральский дом. (Как только Зоя начала дремать, Кеша выключил в гостиной свет, а освещенное кухонное окно выходило на другую сторону.) Неожиданно наткнулись на мужика, очень отдаленно напоминающего утлого, трусливого воришку... Маленько сами перетрусили вначале.
Умная шельма Нонка моментально просчитала варианты и генеральскую одежду. Сбегала под лягушку...
Невероятное везение! Исчезновение генерала Потапова и последующее обнаружение дедушкиного трупа можно спихнуть на верзилу в фартуке и спящую шалаву! Менты даже на секунду не задумаются, не заподозрят родственников!
Насмешливо глядя на прибитого неожиданным визитом верзилу, Рома доставал из кармана мобильный телефон.
- Пожалуйста, не звоните в милицию! - простонал Иннокентий.
Жюли под его ногами грозно тявкнула, подпрыгнула!
В стилисте-оформителе проснулся муж. Заступник и надёжа.
Возможно, Иннокентий (в его реальном будущем) был поклонником американского футбола. То, как он врезался головой в живот Романа, напоминало этот спорт - невероятно!
Роман улетел спиной назад, вывалился на крыльцо, сверху его летающим футболистом Иннокентием накрыло!
Умелая жесткая Нонна вцепилась всеми пальцами в рубашку Кеши. Лягая Завьяловское тело, пыталась стащить его с мужа! Неподалеку тявкала Жюли - разумно упрятавшаяся под вешалку (раздавят ведь и не заметят!), из гостиной доносились испуганные восклицания, проснувшейся Зои:
- Что происходит?! Что за шум?!?!
Иннокентий сражался не на равных. Стервозно оскалившаяся Нонна пинками скатила его с мужа:
- Ну все, урод! - рычала воодушевленно: - Огребешь на полную катушку! Ответишь! Скажи, придурок, куда деда задевал?!?!
- Я здесь, - раздался невозмутимый генеральский голос.
Немая сцена повторилась бы, если б не ползающий по крыльцу Капустин.
Нонна и Рома окостенели в нереальных позах: внучок застыл на карачках, попой кверху, невестка так и не разогнулась, наклоняясь над стилистом. Оба боялись встретиться глазами с недоубитым дедом.
За шумом схватки родственники пропустили появление Льва Константиновича, а тот наоборот мгновенно заценил машину внука перед домом.
- Ну что застыли? - насмешливо спросил Потапов. - Не ожидал найти меня живым, внучок? Сходил уже к яме в лесу, п р о в е д а л старика?
Рома медленно, стараясь не глядеть на деда, поднялся с пола, даже отряхнул коленки:
- Ну что ты, дедушка... О чем ты?!
Завьялову показалось, что на какой-то момент он и генерал превратились в скульптуру Мухиной "Рабочий и Колхозница". Под челюсть Ромы улетел сдвоенный кулак (к счастью для последнего без зажатого в руках железа - молота и серпа), нокаут отшвырнул внучка под вешалку, где - совершенно по-человечески! - взвизгнула Жюли!
- Вы что!!! Вы что, Лев Константинович!!! - плутовски запричитала Нонна. - Убили, карау-у-ул, убили!!! Спасите, помогите, убива-а-ают!!
- Цыц, спирохета. Нишкни. Кеша, тебя тут не сильно повредили? - Заботливо поднимая Кешу с пола, Лев Константинович даже взглядом не повел на внука с распухающей челюстью.
Нонка продолжала голосить. Генерал подошел вплотную, одной левой сжал надсаженное криком невесткино горло и, строго, пристально глядя в глаза, раздельно произнес:
- Еще раз здесь появитесь... Проверю на вас наградной ТТ. Понятно?
Вздернутая нонкина голова суматошно закивала. Потапов чуть сильнее сдавил сухое, хрипящее горло и, приблизив глаза вплотную, прошептал:
- Кто заказал вам выкрасть мемуары? Ну! Говори, пока жива!!
Нонна ошалело замотала головой, выпучила глазищи...
- Уральцев? - пристально вглядываясь в зрачки невестки, спросил Лев Константинович. - Ковалев?
На второй фамилии зрачки Нонны дернулись, расширились...
Генерал мрачно и удовлетворенно хмыкнул:
- Коваль, значит..., сука шелковая...
Перепуганная Нонка впилась взглядом, исследовала невероятно помолодевшее генеральское лицо; она узнавала и не узнавала деда. Крепкая, совсем не стариковская рука стискивала ее кадык, почти приподнимая тело над полом веранды. Нонна скребла ногами по доскам...
- Бери этого ушлепка, и чтобы я вас здесь не видел.
Потапов сплюнул. Отпустил. И руку о пиджак обтер.
- Вон пошли. Если матери про все расскажите - проверю пистолет.
Младшие Потаповы кубарем скатились с крыльца, приседая так, словно генерал уже прицелился, побежали к воротам, за которыми машину оставили...
- Ты как, Кеш? - вновь, с заботой поинтересовались и Лев Константинович и Боря.
- Головой о пуговицу треснулся, - поморщился Капустин. - Поглядите - крови нет?
Царапину, полученную от соприкосновения макушки с крупной пуговицей Роминого пальто, залили перекисью водорода. Иннокентий во время процедуры взволнованно ерзал и постоянно твердил:
- Лев Константинович, Борис Михайлович, нам надо уезжать! Нам надо срочно уезжать отсюда!..
- Не крутись, Капустин, - ворчали интеллекты. - Дай дело сделать.
- Лев Константинович! Ваши родственники видели меня и Зою! Они уже сейчас звонят в милицию!..
Генеральское тело закрутило крышечку на пузырьке с перекисью, невозмутимо произнесло голосом Потапова:
- Мои родственники, Иннокентий, телевизора не смотрят и газет не читают.
- А если случайно на наши фотографии наткнуться?!
- Навряд ли, Кеша. Им сейчас не до просмотра новостей, они сейчас в больничку поехали, вывихнутую челюсть ремонтировать.
- Вы уверены?!?!
- Практически. Они вас не опознали..., Зоя, ваше лицо Рома или Нонна - видели?
- Скорее всего - нет, - коротко подумав, ответила девушка. - Я лежала на диване, повернувшись к спинке.
- А в прихожей полутьма, - подвел итог Потапов. - Кеша, чем это у нас так пахнет?
- Ой! Картошка подгорает! Вода, наверное, выкипела!
За ужином, Борис Михайлович и Лев Константинович, не сговариваясь, позволили себе наливочки.
Завьялов помогал Зое управляться с ложкой и чашкой. Жюли привередливо обнюхивала каждый кусочек колбасы, предложенный ей мужем. Отведала едва-едва, зато вылакала целое блюдце воды со слабым раствором марганцовки...
После ужина, как повелось, Лев Константинович настоял на перекуре на веранде. В виду всех нервных перегрузок Завянь почти не сопротивлялся требованию о р г а н и з м а, позволил телу получить никотиновый допинг. Генерал блаженно растворился в глубинах сознания, ушел в тень альфа-интеллекта.
Жюли осталась с Зоей, на крыльцо вышел Иннокентий. Остановился напротив генеральского тела, дымно релаксирующего в плетеном кресле, взволнованно потер руки:
- Борис Михайлович..., сегодняшняя ночь может быть очень тревожной, - произнес, пристально вглядываясь в Завьялова, как будто пытаясь угадать - с кем конкретно он сейчас разговаривает.
- Боишься, что в тебе циклоп очнется? - ломая в пепельнице окурок, сказал Завьялов.
- Да. Очень. Прошла ночь не была "перелистнута": вы и Зоя находились на пике развития отношений. Сегодня, как я подозреваю, мне и Жюли устроят ускоренную "перемотку". Время сна носителей ни привлекательно для путешественников. Жюли на время покинет тело собаки. Не удивляйтесь, если начнет лизать себя под хвостом и с тапочкой играть... Я - покину ваше тело, Борис Михайлович.
- Чем это грозит моему телу? - серьезно спросил Завьялов. - Я могу - погибнуть? Если во мне не останется ни одного функционирующего интеллекта...
- Пожалуй - нет.
- Пожалуй? - поднял брови Борис.
- Нет, я совсем, совершенно в этом уверен! - разгорячился Кеша. - В вегетативном состоянии тело может продержаться довольно долго. Жюли мне подсказала, что кома тела, лишенного интеллекта может длиться несколько суток. Вы же помните, мы это обсуждали, говоря о поездке на Кипр...