"Эх, новобранец-баранья-голова, - хмыкнул генерал. - Ты разве не заметил, что мы сегодня ни разу на крыльцо не сбегали?.. Твое влияние, Бориска, начинает благотворно сказываться - я сегодня еще ни одной папироски не выкурил. А если б выкурил... Беседовали бы мы с тобой, Борька, уже на небесах. Так-то вот".
"Да ну?!" - от представленной заоблачной беседы, Завянь мороз продрал по коже.
"Точно, точно, - оглядывая подступы к дереву, разглаживая примятые травинки, подтвердил Потапов. - Эта лежка точнехонько на двор выходит. Если бы я покурить вышел или в огород... Ох, - генерал распрямился, прищурился в березняк, доходящий до автострады, вздохнул всей грудью: - А к окну гостиной я подошел только один раз. Но в тот момент от забора полицейская машина отъезжала, о н - не решился выстрелить".
"Так ты и на крыльцо выходил, - напомнил Боря. - Когда ментов встречал".
"То-то и оно, что - ментов, один из которых в форме был, встречать ходил. Киллер же не дурак, Бориска, чтоб при таких свидетелях обстрел открыть".
Генерал обошел дерево кругом, подобрал какой-то окурок, помял его в руках и выбросил: "Размок совсем, давно лежит, значит - чужой. - Постоял немного, всматриваясь вдаль, продолжил: - А киллер, Боря, пуганый, ученый. Знал - на к о г о оправили. Иначе - не ушел бы".
Лев Константинович отряхнул руки, обтер их о бедра и зашагал обратно, полный мрачных дум.
"Лев Константинович, это твой Коваль снайпера сюда отправил?"
"Он сука, - хмуро подтвердил Потапов. - Решил сыграть на опережение. Ударил первым, чтоб наверняка".
"Он..., прости, Лев Константиныч, знал, что ты..., - Борис замялся, не зная как сказать о том, что мысли п о д с м о т р е л, - что ты все так просто, без последствий не оставишь?"
Разведчик хмыкнул:
"Знал, конечно, сука. Потому и снайпера сюда отправил". - Генерал быстро пересек дорогу, дошел до своих ворот и, резко обернувшись, поглядел на лес: просвеченный солнцем березняк мирно покачивал заголившимися ветками.
"Лев Константиныч, объясни. Почему стрелок вообще решился пальбу открыть? К тебе полицейские приходили, ты уже мог рассказать о том, что Роман пытался выкрасть у тебя мемуары по приказу Ковалева... Он себя этим еще больше подставил!"
"Полицейские слишком быстро ушли, Борис, - ответил генерал. - Если бы я начал выдавать серьезную информацию, они бы задержались. Запротоколировали показания. А Дмитрий Федорович шельма - умная. В один момент все просчитал и понял - я сам решил его достать. Без всяких полицейских. Лично".
"А ты... - решил?"
На этот, четко поставленный вопрос, Потапов не ответил. Заговорил, продолжая начатое:
"Но могло быть и так. Снайпер получил задание. Не стал звонить заказчику о появлении рядом с объектом полицейских, выстрелил при первой же представившейся возможности..."
"А то, что в доме людей полно - его не волновало?"
"Боря, - усмехнулся контрразведчик, - полный дом каких-то там людей - полнейшая туфта. Если бы меня убрали, в дом можно было б заходить, как в общественную баню".
"Это почему еще?" - слегка обиделся Завьялов, считающий свою фигуру весьма представительной по виду.
"Вот эти вот "простецкие" ворота, Боря, - Потапов значительно постучал по металлической двери, - откроет только медвежатник. И то - не всякий. Ты думаешь, я случайно на этот гвоздик дважды нажимаю, а?.. Тут сигнализация, Бориска. Моими собственными руками обустроенная. Если дом поставлен на защиту, сюда ни одна зараза не проникнет. Двери разблокированы только если я дома нахожусь".
"Получается, Лев Константинович..., ты давно к подобному повороту был готов?"
"Нет. Дачные воры с бомжами достали. От них оборонялся".
"Дай бог здоровья этим лиходеям!"
Борис представил как компания, в полной растерянности стоит над мертвым генеральским телом и глазом не ведет в сторону забора, через который прыгают убийцы...
Иннокентий, Зоя и собака...
Черт! их реально уложили бы всех до одного! Просто на всякий случай, ради перестраховки, вдруг генерал поведал что-то своим гостям о личности заказчика убийства родственников!
Вероятно, эта картина была представлена Борисом - красочно, в подробностях, Лев Константинович утешил:
"Не куксись, друг. Теперь я суку Коваля первым уработаю. Он выбора мне не оставил. Тут: кто кого, он от нас уже не отцепится. Умный очень".
"Лев Константинович! Давай уедем с дачи, остановимся у кого-нибудь из моих друзей!"
"Коваль этого и ждет, Бориска. Его люди, я уверен, уже на выезде из поселка обосновались. Я их за собой уведу, ребята пока здесь отсидятся".
Борис не знал, что ответить - Константиныч в сих вопросах шурупит лучше, - генерал решительно шагал через участок к крыльцу.
Едва войдя в дом и кивнув гостям "все в порядке, братцы, вылезайте из углов, опасность миновала", генерал на несколько минут сел перед компьютером. Быстро внес поправки в текст, перенес мемуары на флешку и, показав ее Капустиным и Зое, сказал:
- Здесь информация, за которой охотится Дмитрий Федорович Ковалев. И, возможно, его старший сын Михаил Федорович Ковалев. Так как из Димы уже песок должен сыпаться, все мог замутить его сынок. Они с папашкой - зря наполучавшем ордена - работали в одной структуре и сейчас рука об руку ходят. - Лев Константинович подержал флешку в руках, стиснул крепко-крепко: - Это - ваша страховка, братцы. Простите, что я вас втянул... Попали вы из-за меня. Попали - крепко. Флешка будет храниться в футляре, сделанном из бревна. Бревно - третье снизу в поленнице у бани. Запомнили?
Людские головы кивнули, Жюли запрыгала вокруг мужа, затявкала, пытаясь привлечь к себе внимание... Разволновалась что-то слишком.
Лев Константинович еще раз кивнул, прося прощение за опасную ситуацию, возникшую из-за его эпистолярных разборок, и пошел к оружейному ящику, готовить к сучьему отстрелу винтовку с оптикой.
Через какое-то время за его спиной возникла Зоя. Замерла, наблюдая за уверенными движениями генеральских рук.
Капустины отчего-то отнеслись к оружейной подготовке без внимания, унеслись к компьютеру, еще до того как Лев Константинович винтовку из ящика достал.
Лев Константинович с демонстративной беспечностью чистил винтарь, насвистывал фальшиво, Завьялова просил не лезть под руку ни с советами, ни с комментариями.
Перед мысленным взором Бориса мелькали образы: здания с господствующими крышами, проходы, дворики, какой-то высоченный пандус, решетка ливневой канализации... Огромное прозрачное окно некого офиса, представленного генералом... Сквер. Дорога. Забор. Мусорные бачки. Остановка общественного транспорта. Номер на заднице уходящего троллейбуса...
Семья Капустиных, не извещенная о команде "не лезть под руку", вышла из кабинета шумно: с ликующим повизгиванием и хлопаньем дверью. Увидев генерала, с прищуром целившегося в стену, чуть-чуть опешили:
- Лев Константинович..., мы что... на войну собираемся?! - высказался за себя и женушку Капустин. Жюли присела под его ногами и вытянула тощую шейку в сторону винтовки. Глаза собачки невозможно выпучила.
- Мне тут надо одну проблемку решить..., со старым приятелем, - невозмутимо, откладывая длинноствольное оружие в сторону, сказал Потапов.
- Вы собираетесь убить Ковалева?!?! - распереживался оформитель. - Дмитрия Федоровича?! - и когда генерал не ответил, разродился куцым воплем: - Его нельзя убивать!! Он...
Жюли подпрыгнула, звонко гавкнула, и муж опомнился. Обернулся к Зое, строго выговорил:
- Зоя Павловна..., Миранда. Нам нужно поговорить с Львом Константиновичем и Борисом Михайловичем. Прошу вас - выйти.
Лицо Карповой исказилось, волнами пошло, нетвердо, разбалансированно двигая ногами, девушка заковыляла на выход из гостиной так, словно боролась с каждым членом.
Мужчины глядели ей вслед с сочувствием: Зоя боролась с внутренним врагом. Но как только доплелась до порога комнаты, пошла увереннее: Миранда, по всей видимости, поняла - упорствовать здесь бесполезно: коли что, запеленают в ковер и на ручках вынесут.