Позапрошлой весной Арсений понял, что не просто у г а д ы в а е т мамино настроение, а с л ы ш и т ее мысли. И не смотря на то, что это с л ы ш а н и е предупреждало его о наступающей смене настроения мамочки, перепугался до невероятности! Развитой и умненький мальчишка, лишь только освоив интернетный поисковик, первым делом загнал в него симптомы странного маминого поведения и получил такой ответ, что запретил себе и думать о возможности читать чужие мысли!
Наиболее часто в поисковике маячило жуткое слово "шизофрения". Арсений исследовал понятие, вчитался в смысл и...
Он был и оставался умненьким мальчишкой. Мамочка много сил времени потратила на развитие единственного сына.
Порой она была настойчивой и резкой, добиваясь понимания. Могла нависнуть над сыном, прошипеть:"Не сделаешь, как я велю - придушу собственными руками!!" Порой бывало - плакала, когда Арсений приходил с расспросами...
Со временем Арсений заставил себя думать, что фрагментарная жестокость мамочки идет для его блага. Мама жестко принуждает его изучать науки, далеко опережая школьную программу. Когда преподаватели перешептывались "интеллектуальный и лексический уровень Гаврилова превосходит мыслимые показатели!", то ни одно слово для него не оставалось тайной: лексический и интеллектуальный запас Арсения действительно превосходил и одноклассников и, что скрывать, порой учителей. Уже к третьему классу Арсений прошерстил учебники по физики и химии для старшеклассников, перешел к программе для университетов. Наиболее требовательной мама бывала к точным наукам, признавала историю и географию, но поплевывала на литературу и прочие "художества".
Мальчишка постепенно (пожалуй, вынужденно, от безысходности) научился гордиться. Стал принимать жестокость, требовательность - нормой. Благом. Пользой.
И если бы ни страшное слово, витающее в сознании - ШИЗОФРЕНИЯ - простил бы маме даже розги! Даже то, что раз от разу они меняют квартиры, школы, переезжают, теряют (а по большому счету вовсе не имеют) друзей, знакомых... Арсений спрашивал о папе и о родственниках: мама отвечала странно. Бывало плакала и говорила, что отец ни в чем не виноват, она сама уйти решила, хоть и любила очень-очень - он хороший! Порой обзывала папку толстым пьющим дебилом и запрещала спрашивать! Однажды рано повзрослевший Арсений заявил, что хочет разыскать хоть каких-то родственников - мама жестоко его избила. А через час целовала, плакала, залечивала синяки примочками.
Третьего июля Арсений проснулся от едва слышных звуков - в гостиной тихонечко поскуливала мама. Мальчик выбежал из спальни, увидел, скорчившуюся в углу мамочку...
Мама выглядела совершенно обезумевшей! Сидя на полу, она оплетала руками подтянутые к груди колени и выла, как затравленный зверек!
- Мама, мамочка, - подбегая, запричитал Арсений, - что случилось?! тебе плохо?!
- Нет, Арсюша, нет, - клацая зубами, мамочка трясла растрепанной головой, - со мной все в порядке..., сегодня мы уедем... далеко-далеко... он нас не найдет...
- Кто?! кто нас не найдет?! - мальчик гладил маму по спутанным волосам, сам был готов заплакать!
- Ты успокойся, сынка, - внезапно, почти нормально, произнесла мама. - Сейчас ты позавтракаешь, потом пойдешь гулять... - Мамины глаза опять обрели горячечную сумасшедшинку, заблестели, замерцали некой внутренней решимостью: - Не возвращайся до трех часов... Нет, до четырех! Иди гуляй, я дам тебе денег на мороженое и кино... Пообедаешь в кафе... Главное запомни - не возвращайся до четырех часов! Хорошо? - говоря это, мама убирала в шкаф измятый льняной пиджак мужского размера. - Ты у меня послушный мальчик?
- Я понял, мама.
Арсений быстро позавтракал, выкатил из дома велосипед и оправился в сквер к фонтану, где сегодня было весело: по площади гуляли аниматоры, зазывали горожан в новый развлекательный центр с аттракционами...
Мальчишка в центре побывал, сходил в кино, питался практически одним мороженным...
Вернулся, как велела мамочка - в начале пятого часа.
Мама выглядела странно. Сосредоточенная, собранная, она бродила по квартире и сбрасывала вещи из раскрытых шкафов в объемные сумки.
- Мы снова переезжаем? - вздохнул Арсений и сел на диван перед не включенным телевизором. Переезжать с места на место, менять жилища и приятелей надоело до ужаса! К гадкому слову "шизофрения" умный ребенок уже давно добавил еще одно понятие - "паранойя". Мамочка вела себя так, словно вечно кого-то боялась, от кого-то бежала, пряталась...
- Мы уезжаем в другой город, - задумчиво разглядывая собранный баул, произнесла мама. - Так... документы у меня в сумке... Ты есть хочешь? - сосредоточила взгляд на сыне.
- В холодильнике вчерашние котлеты, - пожал плечами мальчик. - И суп.
- Тогда, давай. Быстренько покушай и вперед!
Арсений пошел на кухню. По длинному коридору вдоль дверей в удобства, шел и смотрел на кухонное окно, метрах в семи вперед по курсу. В окне вдруг показались мужские ноги в тяжеленных ботинках... Арсений не успел даже толком удивиться, как ноги пружинисто оттолкнулись от стены над окном, придали амплитуду телу и через секунду, ноги, одетые в ботинки с подкованными каблуками, врезались в стекло! Пугающе огромный, одетый в черную, перепоясанную ремнями одежду мужчина с короткоствольным автоматом в руках, ввалился сквозь разбитое окно на кухню!
Арсений закричал!
Пронзительный мальчишеский крик потонул в чудовищном грохоте! За спиной Арсения раздался взрыв, выбивший толстенную входную дверь!
Дверь не долетела до мальчишки каких-то сантиметров, только случайно не угробила. Взрывная волна ударила в спину, мальчик рухнул на пол и, крича, закрыл руками голову!
В съемную квартиру, где жили мамочка и десятилетний сын, вбегали бронированный мужики с автоматами наперевес...
3 июля 16 часов 27 минут Москва
Задействования в операциях хроно-департамента носителей из подразделений немедленного реагирования прошлого, практика довольно-таки обычная. Архивариусы подбирают для агентов высокопоставленных носителей из руководства, какой-то генерал, ссылаясь на полученную информацию, отправляет на нужный адрес группу захвата. В носителей-спецназовцев телепортируют штурмовиков из будущего, бравые ребятки и не подозревают о том, что на несколько часов становились исполнителями чужой воли - ребятки привычно выполняли приказание начальников, работали.
О результатах операции командир штурмовиков Гордеев сообщил, воспользовавшись обычным мобильным телефоном. Результат оказался, более чем неутешительный: помимо Раисы Журбиной и ее малолетнего сына, в квартире обнаружили окоченевший труп господина Турбинина Эдуарда Яковлевича.
Тело лежало в шкафу. За несколько часов до штурма, Раисы попыталась его расчленить и даже отпилила левую ногу бедолаги Эдуарда, завернула ее в льняной пиджак и обмотала полиэтиленом, приготовив на вынос.
- Вы жестко придерживаетесь схемы "Здесь и Сейчас"? - с прищуром глядя на кудрявенькую девочку, осторожно поинтересовался сантехник Сидоров.
- В разумных пределах, - не менее осмотрительно пропищала Тонечка, и Валерий-Рихард понятливо смежил веки.
"Рапорты о проведении опережающей пошаговой разработки полетят немедленно", - догадалась и Амирова. В режиме "Здесь и Сейчас" штурмовики только-только взяли квартиру, агенты хроно-департамента, тут же отмотав вперед, уже давным-давно отрабатывают полученный в лице Раисы и ребенка "материал"".
- Почему вы думаете, Платон не уничтожил ребенка? - без всякой задумчивости, спросил главного начальника департамента шеф-директор активного крыла. Ответ лежал на поверхности, но требовал озвучивания, поскольку боссы приступили к обсуждению.