Сила и власть мировой армии росла и подчиняла себе всю планету. Для людей это было, безусловно, спасением, надеждой на мир, жилье и еду, а для высоких должностных лиц, которые хотели за счет войны нажиться, это стало приговором и настоящим ужасом. Все боялись мировой армии Земли, никто не смел устраивать собраний, не обсуждали действия властей, не пытались воровать. Люди догадывались, что их прослушивают. Все боялись шпионов, которые были всюду. Шпионом мог оказаться любой: друг, знакомый, случайный прохожий. Преступления понемногу утихли. Те, кто совершал противозаконные деяния, бесследно исчезали или попадали в тюрьмы. Исправные колонии были переполнены. Тех, кто желал исправиться, зачисляли в ряды мировой армии, а остальных использовали на общественных работах. Жестоких убийц приговаривали к немедленному расстрелу. На войне суд быстрый — расстрел.
Армия и заботы о порядке в мире ужасно истощали Ирену. Последнее время она стала плохо себя чувствовать, но списывала все на усталость и истощение работой.
Джо также постоянно пропадал. Они редко виделись, чаще общаясь через видеосвязь. Говорили о планах и стратегии на будущее.
— И вновь нас разделяют дела и расстояние. Я так сильно соскучилась по тебе. Когда же эта война закончится. Я устала, — жаловалась Ирена Джо, глядя на него в экране видео связи.
— И я ужасно устал. Я хочу к тебе. Завтра, думаю, сможем встретится дома, если опять что-то важное не помешает, как обычно, — печально и немного устало проговорил Джо.
Они могли говорить часами, договариваясь о встрече, но новый день приносил новые проблемы, что препятствовали их встречи.
— Мама, а когда война закончится? Я хочу, чтобы ты всегда была дома, рядом со мной, — грустно спросила маленькая Лиля маму.
Ирена тяжело вздохнула. Что она могла объяснить шестилетнему ребенку. То, что на плечи ее матери взвалили тяжелую ношу, ответственности за безопасность и существование человечества. И она сама не знает, когда закончится эта ужасная война. Ирена покрепче прижала к себе хрупкое тельце маленькой дочери, уткнувшись носом в ее волосы.
— Малыш, как же я хочу, чтобы мы наконец, уничтожили ненавистного врага. Пойми меня и не вини в том, что я не могу быть рядом. От твоей мамы многое сейчас зависит. Воины нашей армии возлагают свои надежды на меня и Джо, поскольку мы их командующие. Мы поведем войска в бой когда вновь на нас нападут ужасные плохие дяди, желающие отобрать у нас дом и свободу. Многие дети на Земле остались без своих мам и домов, семьи — без еды и защиты. И они обратились к твоей маме и дяде Джо за помощью. А поскольку мы теперь единственные, кто может им помочь, то бросить людей на произвол судьбы мы не имеем права. Ты, ведь, не хочешь, чтобы такие же как ты маленькие девочки и мальчики и их семьи остались голодными, без крыши над головой, брошенные всеми на улице?
— Нет, мамочка, не хочу. Помоги им, — сказала Лиля.
— Я горжусь, что у меня такая мама. Жаль, что нет папы. Мама, а это правда, что ты скоро станешь женой дяди Джо? А как же я? Он будет моим папой? — тихо прошептала, опустив вниз глаза Лиля.
У Ирены вздрогнуло сердце. Папой? А ведь и вправду, Джо хочет, чтобы она стала его женой, родила ему детей, а как же ее дочь? Он ни словом не обмолвился об участи ее дочери. Захочет ли такой богатый граф удочерить ее дочь?
— Конечно буду, малыш. А ты станешь моей маленькой и любимой дочерью. И я буду рад всячески тебя баловать и потакать твоим капризам. У тебя будет все о чем ты только попросишь, — сказал твердым спокойным тоном Джо.
Ирена вздрогнула услышав его голос. Обернувшись она увидела его стоящим в проеме двери. Джо подошел поближе к кровати, где сидели Ирена и ее дочь, мягко улыбаясь, он обнял их обеих.
Ее душа трепетала от радостных слов любимого. Для матери большая радость, что ее ребенка признают. Наконец-то, у ее дочери появится отец. Отец который станет опекать ее от невзгод, отец которым можно восхищаться и гордится. Ведь настоящий родной отец Лилии бросил их еще до рождения дочери.
— Мы будем настоящей семьей и станем жить дружно и счастливо, — Джо улыбался им искренней нежной улыбкой, что растопило в ее сердце лед и внесло надежду и уверенность.
Ирена покрепче прижала к себе любимого и дочь, поцеловав, со слезами умиления, обоих.
Вечером они с Джо прогуливались по улице. Медленным шагом влюбленные шли по дорожке, держась за руки.
— Ты, действительно, хочешь стать отцом для моей Лилии? — робко спросила она его.