Джо после ухода Маэлза остался сам. Он был в бешенстве. Неужели нельзя больше никому доверять? После предательства приближенных к нему солдат, он не сможет более доверять никому, даже друзьям. Всех нужно проверять. Его сердце ожесточилось. Джо, который раньше открывал свое сердце и дружил со всеми, имел добрую по натуре душу, дружелюбный нрав, теперь с недоверием смотрел на всех людей. Он решил никому не доверять, относиться с крайней осторожностью и опасением к каждому без исключения. Сегодня он окончательно расстался со своей юностью, повзрослел и смотрел на мир холодным трезвым взглядом. Больше никого он не сможет подпустить к себе достаточно близко, чтобы больше не испытывать боль разочарования. И только ей одной, любимой, он сможет довериться полностью. В этом огромном мире отныне они остались вдвоем.
Ирена медленным осторожным шагом прогуливалась по все еще заснеженному саду. В провинции Овернь весна наступала поздно. Здешний климат был суров, дули холодные ветра. Ирена всей душой полюбила здешние края. Заснеженные верхушки высоких гор, густые леса, зеленые луга, прекрасные и чистые озера. Теперь у нее было два дома — Украина и Франция, Овернь. Она частенько наведывалась в родные места горячо любимой Украины. Красота родных просторов согревала ее душу. Обширные леса, запах сосновых деревьев, золотые пшеничные поля, зеленые луга. Для нее даже запах родных мест был особенным, таким родным. Украина ассоциировалась у нее с давно ушедшей прошлой жизнью, а Овернь — с новой.
Она расчистила рукой снег на скамейке и присела у озера. Это место в саду стало ее любимым местом для уединения от всех. Воздух благоухал свежестью и холодом. Сад Монсальви, укрытый снежным покрывалом, выглядел превосходно. Снег понемногу начинал таять. Природа просыпалась после зимней спячки, птицы запели звонкими голосами. Озеро оставалось еще немного покрытым льдом, а по краям выглядывала тонкая линия темной воды.
Ирена тяжело вздохнула, ребенок больно ударил по ребрам. Ее сын вскоре появится на свет. Ирена ни на минуту не сомневалась, что это будет сын. Интуиция подсказывала ей, что она права, даже без УЗИ. Сын Джо. Она мечтала подарить любимому сына. Вырастить из него настоящего мужчину, смелого воина, похожего как две капли воды на любимого Джо.
Ребенок вновь больно толкнул ее и Ирена, схватившись за живот, вскрикнула.
— Что же ты делаешь маме больно?
Она решила вернуться домой и попыталась встать, но резкая боль внизу живота заставила ее снова присесть на скамью. Боль нарастала все сильнее. Ирена поняла, что начались схватки, помня как это бывает при родах. Подняв руку, она нажала кнопку на своем браслете. На экране появилось изображение Джо.
— Джо, забери меня. Я в саду у озера. Начались схватки. Торопись, — прерывисто сказала она, вскрикивая от боли.
— Никуда не иди. Я уже бегу, — взволнованно прокричал Джо.
Боль все нарастала, отступая на короткие мгновения. Ирена пыталась погладить живот, успокоиться, но новые схватки заставили ее истошно закричать. От ее воплей испуганно разлетелись птицы в саду.
Мучаясь от сильной боли, она не заметила как появился Джо. Он подхватил ее на руки и понес к дому. Ирену решили перевезти в госпиталь ОСЕВ. Джо аккуратно уложил ее на разложенное кресло в «скате», в кабине которого уже собрались их родители. У всех на лицах отпечатался испуг и нетерпение. Джо, взволнованный до предела, не смог управлять космолетом, поэтому за управление сел Аурелио.
— Потерпи немного. Мы сейчас прилетим и тебе помогут врачи. Боже, я не знаю что мне делать, как тебе помочь, — взмолился он с побледневшим лицом.
Джо испытывал мучительные чувства от мысли, что его любимая страдает, а он бессилен ей помочь.
Когда «скат» приземлился на посадочную полосу военного штаба, их уже ожидали врачи. Джо сам понес ее на руках, желая быть ближе к любимой.
— Я пойду с тобой, — твердо заявил Джо.
— Нет, не надо. Прошу.
Ирена видела его напуганное лицо и посчитала, что Джо не место в родильном зале. Он не сможет соблюдать спокойствие и оказать помощь. Она не желала довести мужа до обморочного состояния, а также хотела уберечь врачей от непредсказуемости его эмоций.
Джо и родители остались за дверью родового зала. Для полной безопасности роженицы и самих врачей, от ее острых когтей, руки Ирены сковали стальными браслетами.
Джо метался как загнанный зверь в клетке. Все находились в нервном состоянии. Время тянулось мучительно долго. На небе солнце сменилось луной. И наконец-то, двери открылись и к ним вышел врач с сияющей улыбкой на губах. К нему мгновенно сбежались все.