Цин Але была вне себя от гнева, ей вовсе никак не хотелось называть этого наглеца. Грубо оттолкнув брата, она попыталась отстраниться, но у нее снова не получилось, князь крепко обнял девушку и развернул ее лицом к озеру.
– Неужели ты еще не поняла, что твоих сил недостаточно, чтобы справиться со мной? Смотри внимательно, – сказал он, одной рукой крепко прижимая барышню к груди, а второй рукой выпуская поток голубоватой прозрачной энергии в сторону зеркальной глади озера. – В Тьяндзинь Ху уже более восьми лет существует формация, – с этими словами брата Цин Але увидела, как воды озера поднимаются ввысь, брызгая и формируя неровную кромку стен тоннеля.
Среди прежде спокойной глади с большой скоростью создавались маленькие водные воронки, каждая из которых как столп поддерживала водные стены. Внутри тоннеля, который теперь казался со стороны стеклянным, было светло и просторно.
– Идем, – скомандовал Цин Лин, встал на ноги, и крепко сжав ладонь Цин Але, потянул ее за собой внутрь тоннеля.
Под их ногами была твердая, но прозрачная поверхность, как кромка льда, скользкая и прохладная. По мере их продвижения воздух становился теплее и наполнялся свежестью, в какой-то момент показалось, будто тоннель уходит вверх в небеса.
Цин Але от неожиданности происходящего непроизвольно крепко сжала руку юноши, сама того не замечая. Цин Лин взглянул на барышню, как та растерянно огромными лазурными глазами рассматривает путь в формацию и движущиеся стены тоннеля, внутри которых продолжались потоки течений и плавали рыбы.
Вскоре уклон вверх ощущался уже явно, и стало трудно без ступеней подниматься вверх.
– Я понесу тебя, – сдержанно сказал Цин Лин и, не дождавшись ответа, подхватил девушку на руки. Не успев возразить, Цин Але слегка сощурившись, заглянула в глаза князя, но никаких эмоций прочесть там не смогла.
Нахмурившись, девушка сказала:
– Это было необязательно, почему ты постоянно себя так развязно ведешь? То тебе нет дела, то вдруг ты решаешь, что я — твоя собственность и вытворяешь, что вздумается?
– Что я вытворяю? – вернул вопрос Цин Лин. – Подъём крутой, хочешь идти пешком?
По мере того, как князь поднимался выше, держа на руках Цин Але, магический тоннель все больше отдалялся от водной глади озера.
– Может, объяснишь, куда мы придем? – спросила княжна.
– Скоро сама увидишь, – бросил юноша, не вдаваясь в лишние рассуждения.
С каждым шагом Цин Лин чувствовал, как земная тяжесть покидает его тело, и оно становится легче, словно состоит из воздуха. Наконец, тоннель полностью раскрылся, и юноша вышел на ровную дорогу. Цин Але никогда прежде не видела ничего подобного, но ей было предельно понятно, что они оказались вдали от озера Тьяндзинь, формация привела их в новое место. Девушка и представить не могла, что ее брат в своем еще юном возрасте владеет столь сильными заклинаниями. Получается, все те господа, кто искренне восторгался талантами правителя, не льстили, а говорили правду.
– Теперь можешь отпустить, – тихо сказала Цин Але практически на ухо князю. Юноша был так близко к ней, что она чувствовала биение его сердца и размеренное дыхание, похоже, подъем в гору его вовсе не утомил.
– Что, если мне нравится, когда ты в моих руках? – отозвался Цин Лин. – Отпущу, когда сочту нужным.
Каждым своим словом князь дразнил барышню, в душе которой одна волна негодования сменялась следующей, после уступая место смущению и неловкости. Широкая дорога под ногами юноши была вымощена серым камнем, на котором скользили зеленоватые следы мха и поросли, дорога вела к воротам дворца, сотканным, как показалось Цин Але, из тончайших нитей света. Этот дворец, высеченный из прозрачного кристалла, отличался внешне от привычных земных дворцов, вытянутые башни его возносились в еще более высокие слои небес, а покатые крыши сверкали зеркальной черепицей, отражая падающие на них солнечные лучи и создавая радугу вокруг стен.
Вокруг дворца звучала слабая едва заметная слуху мелодия, казалось, будто эта музыка создана ветром, играющим на сотнях висячих колокольчиков и ветряных цитрах. Воздух пропитался влажным ароматом цветов и соленой воды озера. Над головами князя и девушки низко проплывали паровые облака, врезаясь на пути своем в своды дворца и рассыпаясь на мириады белоснежных брызг. Здесь, в этой формации, все земное соединялось с божественным началом, тонкая грань стиралась. Это путешествие было чем-то похожим на формацию с господином Не, но оказалось более реальным и осязаемым.