Взгляд стал сальным, грязным.
— Мы с ней отдельно поговорим.
Инстинктивно Цин-Цин шагнула за спину Лориэделя. Ее рука сжалась на его предплечье. Она ждала. Ждала, что сейчас ее герой, ее Победитель Теней, ее спаситель городов, вспыхнет праведным гневом. Что сейчас он выхватит свой инкрустированный меч и в ослепительном танце клинка раскидает этот сброд, как осенние листья.
Вместо этого она почувствовала, как мышцы под ее пальцами превратились в дрожащее желе.
Принцесса увидела, как лицо Лориэделя, еще мгновение назад сиявшее самодовольством, стало белым, как полотно. Фиалковые глаза расширились от ужаса. Теперь в них не было и тени доблести. Лишь чистый, животный страх.
Он не потянулся к мечу. Вместо этого он судорожно, торопливо начал срывать с пальцев массивные перстни с драгоценными камнями, стаскивать с запястья золотой браслет с сапфиром.
— Б-берите! — забормотал он, и его голос сорвался на жалкий писк. — Все берите! Только… только не трогайте меня!
— Что! Что вы делаете?
— Тише, принцесса. Тише. Делайте то, что они вам говорят.
Бросив драгоценности на землю, «герой» сделал несколько шагов назад, к воде, спотыкаясь на ровном месте. Его руки мелко дрожали. Он смотрел на бандитов так, как смотрит мышь на удава.
Сердце Цин-Цин не просто сжалось. Оно остановилось, а потом раскололось на тысячи ледяных осколков. Мир, который она с таким восторгом строила последние дни, рухнул в одно мгновение, погребая ее под своими обломками.
Гарт, предводитель, мерзко ухмыльнулся, подняв брошенный браслет. Он перевел взгляд на оцепеневшую от сокрушительного разочарования принцессу. Хотя, конечно, он и не подозревал, что перед ним королевская особа.
— А ты, красотка, слишком хорошо одета для прогулок по лесу…
Он шагнул к ней. В руке блеснул кинжал. Одним быстрым, точным и движением он полоснул лезвием по тонким лямкам ее изысканного платья. Дорогая ткань, лишенная опоры, соскользнула вниз, обнажая ее тело, и упала бесформенным клубком к ее ногам.
Взгляд Гарта и его приспешников с откровенной, грязной жадностью впился в нее. Полуэльф облапил грудь принцессы, скалясь гнилыми зубами.
В этот миг, в пик ее унижения и нависшей угрозы, когда казалось, что все потеряно, из клубка шелка у ее ног раздался пронзительный, полный ярости визг.
— ТВОЮ ЗАДЫМЛЕННУЮ МАТЬ!
Раскаленный комок ярости, огненная комета размером с кулак, вырвался из платья. Фырка. Маленькие злобные глаза пылали как угли. Саламандра впилась всеми четырьмя когтистыми лапами прямо в лицо Гарту и, не теряя ни секунды, выжгла ему правый глаз концентрированной струей пламени.
Полуэльф завыл от нестерпимой боли, отшатнувшись и зажимая рукой дымящуюся глазницу.
— Проклятье!
Этот вопль стал сигналом для Цин-Цин. Ледяной ком в ее груди взорвался, превратившись в холодную, всепоглощающую ярость. Отчаяние, горькое разочарование в своем «герое» и жгучий стыд смешались в один смертоносный коктейль, который полностью затмил страх.
Она молниеносно, с грацией хищницы, наклонилась и выхватила из ножен на поясе воющего Гарта его же длинный, изогнутый кинжал. И начался танец.
Годы тренировок, которые она всегда считала лишь скучной формальностью, данью традиции, пробудились в ее крови. Движимая неистовством, она двигалась с неожиданной для всех, включая саму себя, смертоносной скоростью. Гном замахнулся топором, но ее кинжал уже был там. Молния, отбившая удар в сторону. Она не просто защищалась. Короткий выпад, и лезвие оставило глубокий порез на руке наемника с дубиной.
Она использовала не только сталь. Резкий, почти незаметный жест свободной рукой, и корни старого дуба под ногами гоблина ожили, сплелись в узел. Тот с визгом рухнул на землю. Сжатый кулак, и порыв ветра, рожденный ее магией, швырнул горсть сухой пыли и песка прямо в лица второму наемнику и гному.
А Фырка была сущим адским бесенком. Она носилась по поляне, как огненный смерч. Вот она впивается в лодыжку гнома, заставляя того взвыть и выронить топор. Вот ослепляет наемника короткой, но яркой вспышкой. Они являлись идеальными союзниками, объединенными праведным гневом. Цин-Цин и Фырка. Принцесса и ее ручная саламандра.
А где же был герой? Победитель Теней?
Лориэдель Сребролистый стоял по щиколотку в холодной воде у самого берега. Он замер, как статуя. Его прекрасное, безупречное лицо исказила гримаса парализующего ужаса. Рот был полуоткрыт в беззвучном крике. Он не просто не помогал. Он смотрел, не в силах отвести взгляд, как девушка, которой он всего полчаса назад клялся в вечной преданности и защите, сражается обнаженная за свою жизнь и честь против шестерых вооруженных головорезов.