Проходя мимо этих святилищ, Цин-Цин невольно задумывалась о том, как разные народы сосуществовали в этом городе, каждый идя своим путём, поклоняясь своим богам, но все они, в конечном итоге, оказались в каменных стенах, отдалённые от природы, которой когда-то так дорожили.
Наконец, она достигла ворот замка. Массивные каменные стены возвышались перед ней, а железные створки с тихим скрипом распахнулись, пропуская царевну внутрь. В замке царила привычная прохлада и тишина, нарушаемая лишь эхом её шагов по гулким коридорам.
Когда Цин-Цин вошла в свои покои, её уже ждала молоденькая служанка по имени Алианна.
Девушка с большими испуганными глазами тут же бросилась помогать царевне снять запылившийся дорожный плащ и сапоги.
— Ваше высочество, вода для омовения готова, — пролепетала она, не смея поднять взгляд. — Я приготовила настой ромашки и лаванды, как вы любите.
— Спасибо, Алианна, — мягко ответила Цин-Цин, садясь на мягкий пуф.
Она посмотрела на девушку, которая была всего на несколько десятилетий младше неё, но казалась совсем ребёнком.
— Ты родилась в городе?
Вопрос застал служанку врасплох. Она замерла с сапогом в руке и наконец подняла глаза.
— Да, ваше высочество. Я никогда не была в лесу. Мои родители приехали сюда ещё до моего рождения. Отец работает в королевских конюшнях.
— И тебе здесь нравится? — продолжала расспрашивать Цин-Цин. — В этом каменном мешке?
— О, да! — искренне выдохнула Алианна, и её лицо озарилось улыбкой. — Здесь так интересно! Ярмарки, праздники… А в прошлом году на Празднике цветущих огней я видела настоящих файерболов, которых показывали маги! А ещё я мечтаю, что когда-нибудь меня заметит молодой стражник из личной гвардии капитана, и мы поженимся. Он такой красивый и сильный!
Цин-Цин слушала её и чувствовала, как между ней и этой юной эльфийкой пролегает целая пропасть. Мечты Алианны были просты и приземлённы. Они были сотканы из реальности этого города, и в них не было места шелесту листвы или пению лесных птиц. Для неё каменные стены являлись не тюрьмой, а защитой и домом.
— Можешь идти, Алианна. Я справлюсь сама, — тихо сказала царевна.
Когда служанка, пятясь, вышла за дверь, Цин-Цин подошла к большому окну, выходившему на дворцовый сад. Но даже этот сад был лишь жалким подобием настоящего леса. Аккуратно подстриженные кусты, ровные дорожки, цветы, высаженные в строгом порядке. Природа, усмирённая и заключённая в рамки.
Она разжала кулак. На ладони лежала маленькая деревянная птичка, подарок старого мастера. Она поднесла её к лицу, вдыхая тонкий, едва уловимый запах дерева и леса. Эта маленькая фигурка была единственной настоящей вещью, которую она видела за весь день.
Смерть брата, отчуждение родителей и сестры, упадок её народа, всё это тяжёлым грузом лежало на её плечах. Но теперь к этому грузу добавилось нечто новое: ясное и холодное понимание. Она не могла повернуть время вспять. Она не могла заставить всех вернуться в лес. Но она могла попытаться вернуть лес в их сердца. Начать с малого. С отмены варварских законов. С возрождения старых традиций. С того, чтобы дети снова услышали сказки о духах деревьев, а не только восхищались фокусами заезжих магов.
— Я справлюсь, — прошептала она, обращаясь не к кому-то, а к самой себе.
Голос звучал твёрдо.
Завтра ей предстоял путь к священному озеру. Одной. Этот путь теперь казался ей не просто ритуалом, а первым шагом на новой, её собственной дороге. И она пройдёт его. А маленькая деревянная птичка, зажатая в руке, будет её безмолвным спутником и напоминанием о том, ради чего стоит бороться.
С этими мыслями она легла в постель, но не стала гасить свечи. Их тёплый свет падал на фигурку птицы, лежавшую на ночном столике, и Цин-Цин долго смотрела на неё, пока сон наконец не смежил веки.
Глава 12
Путь исцеления.
Цин-Цин шла по узкой тропе, ведущей к священному озеру Лунных Слез. Каждый год это паломничество совершали правители ее народа, стремясь обновить свою связь с природой и обрести мудрость древних.
Вокруг раскинулся густой лес, который в этот миг казался тихим, будто сам готовился к встрече с царевной. Высокие деревья тянулись к небу, покрытые нежной паутиной зелёных листьев, а воздух наполнял тонкий аромат сосновой смолы и влажной земли. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву, создавали причудливую игру света и тени на лесной подстилке. Мягкий мох под ногами приглушал шаги, а где-то вдалеке слышалось нежное журчание ручья.