За столом прозвучал общий смех, в котором один лишь Борис Николаевич не принял участия, а промолвил:
— Улица Ренуар, дом сорок восемь? Верхний этаж?..
— Хотите к ним в гости? — спросил Алексей Николаевич. — Ах, ну да, вы же тоже только что из Китая.
— Соскучились по Китаю? — спросила Зинаида Николаевна.
— В гробу я его видал! — мрачно, словно и впрямь из гроба, ответил полковник.
— Ну, всё, господа, всё! — захлопала в ладоши хозяйка дома. — Заканчиваем посиделки и идем шататься по Собаке на Сене.
— Можно еще назвать Париж Сеновалом, — добавил Алексей Николаевич.
— Прекрасно придумано, Алешка! — похвалил Иван Алексеевич. — Айда на Сеновал!
* * *
В долгом, почти кругосветном плавании на пароходе из Китая в Европу уйму свободного времени Ронг и Ли посвящали изучению родных языков. По четным дням Ронг учил русский, по нечетным Ли — китайский.
Они выплыли из Шанхая во второй половине августа на новеньком, только что сошедшем со стапелей пароходе «Тайпин».
— Какое в нашей жизни все новое! — радовалась Ли. — Вот и пароходик — только что с иголочки.
Пассажирами пароход был заполнен всего на треть, и это радовало, что не так тесно.
На Филиппинах катались по окрестностям, поражались тому, как хорошо живут филиппинцы, дома все просторные и опрятные, не то что китайские сельские фанзы, в окнах видны висящие на стенах картины, шкафы и полки, сплошь уставленные книгами. Ли удивлялась необычным платьям филиппинок, с корсажами на специальных каркасах, чтобы ткань во время жары не приставала к телу.
Не хотелось расставаться с Филиппинами, но — вперед! — поплыли дальше. Радовались, наблюдая полет бесчисленных летучих рыб, некоторые очень подолгу держались в воздухе, выпрыгнув из воды и планируя параллельно судну.
— Если бы я была рыбой, то непременно летучей! — смеялась Ли.
На пристани острова Борнео любовались исполинскими медузами ярко-оранжевого цвета. Они особенно понравились Ронгу, который назвал их лунами моря. Поплыли дальше. По вечерам на палубе устраивались танцы, играл небольшой оркестрик, Ронг и Ли отплясывали до упаду вместе с такими же, как они, молодыми парнями и девушками — китайцами, французами, англичанами, американцами.
Когда пришвартовались у Сингапура, на корабль произошло настоящее нашествие новых пассажиров, и сразу стало тесно. Хорошо, что Ронгу и Ли в Шанхае досталась двухместная каюта.
В Сингапуре много гуляли в дивном ботаническом саду, лакомились великолепными манго, которые тут считаются лучшими в мире. Но Ли сильно напугали змеи, коих здесь оказалось огромное количество и они то и дело шныряли под ногами. Оказалось, большинство из них весьма ядовиты, и Ли сказала:
— Нет уж, нет уж, я еще хочу пожить, возвращаемся на корабль!
От Сингапура двинулись к Суматре, там, в Меданге, Ронг покупал своей юной жене изящные местные вышивки на шелке, которым Ли радовалась всей душой.
Далее курс корабля лежал в сторону Цейлона, и, когда приплыли в Коломбо, на пароход поднялись английские врачи и заставили всех сделать прививки от оспы. Это оказалось смешно, потому что многие стали шуметь, возмущаться и едва не побили английских эскулапов. В итоге прививки были сделаны, и англичане с гордым видом удалились, а все поспешили на берег, потому что изрядно надоело находиться на корабле.
В Коломбо всюду цвели огромные деревья — магнолии, пальмы, мимозы и еще такие, коих не знаешь и наименования. В английской части города всюду кто-то играл в теннис или крокет, а в одном месте на огромном поле шел футбольный матч между англичанами и голландцами, которые конечно же подрались друг с другом.
Иногда можно было видеть слонов, запросто шагающих по улице, ведомых сидящими на загривке наездниками.
— Боже, слоны! — ликовала Ли.
На пляже Лавиния долго купались в океанских волнах, им попалась огромная черепаха, к которой они ныряли и играли с ней. Какие счастливые дни дарило им это долгое плавание!
От Цейлона долго плыли без остановок до самых берегов Африки и уже устали любоваться летучими рыбами и дельфинами. Продолжали учить родные языки друг друга и однажды впервые в жизни очень сильно разругались.
Ли вдруг решила узнать, какие женщины и в каком количестве были у Ронга до нее. И Ронг простодушно ответил:
— Я не хочу ничего скрывать от тебя. Хочу, чтобы мы всегда говорили друг другу только правду. В Париже у меня было несколько любовниц — две француженки, одна китаянка и одна испанка. А когда я этим летом приехал в Шанхай, по пути познакомился с певицей Лули. На теплоходе. И когда приехал в Шанхай, имел с ней свидания.