— Она и не узнает. Надеюсь, ты не привез ее с собой в Москву?
— Ее прах как раз покоится в Москве, в Донском монастыре.
— Прах? Тогда какая же может идти речь о верности?
— Давайте оставим этот разговор, Александр Александрович, — хмуро отрезал китаец.
— Ладно, давайте. Послушайте, Мяулин, а почему бы вам не перевести на китайский мою «Молодую гвардию»? Как будет по-китайски «Молодая гвардия»?
— Ньянцин де йиньвэй.
— Это мне не выговорить. А просто «молодость»?
— Циньен.
— О, другое дело. Циньен. Красиво.
— Покойный Толстой часто повторял это слово — «молодость». Он считал, что во всем мире старость, а только в СССР — царство молодости.
— Что же, друг Мяулин, он был прав.
— Но мне кажется, молодость теперь перекочевала к нам в Китай, — не боясь наговорить лишнего, сказал Ронг. — Один только Сталин по-прежнему молод. Остальные становятся очень похожими на чиновников. А чиновник быстро стареет.
Изучая опыт Союза писателей СССР, Мяулин надолго застрял в Москве, жил в гостиницах и даже был включен в одну из писательских делегаций, посетивших Париж. Кто-то припомнил, что именно в Париже он уничтожил белогвардейского полковника. Трубецкому при этом приписали какие-то особенные зверства во время Гражданской войны.
В Париже он долго стоял под окнами дома на улице Ренуар и говорил:
— Вот уже тридцать лет прошло с тех пор, как ты осталась молодой, а я поплыл дальше по реке времени, постепенно старея. Конечно, я еще далеко не стар, мне всего пятьдесят один год, но жизнь моя хоть и полна событиями, но в ней нет самого главного. Тебя.
Писатель Константин Симонов помогал Мяулину в поисках, подсказывал, где что можно узнать. Он каким-то образом умудрился стать вхожим в различные эмигрантские круги. Даже Бунин, ненавидевший все советское, почему-то проникся доверием к советскому прозаику и поэту, лауреату Сталинской премии.
На русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа Ронг долго ходил, покуда не наткнулся на могилу с надписями на надгробиях:
Генерал-майор ДОНСКОЙ
Александр Васильевич
1869–1944
ДОНСКАЯ
Маргарита Петровна
1886–1944
Это были его тесть и теща. Оба ушли из жизни в один год, только генерал в семьдесят пять, а генеральша в пятьдесят восемь. Что же с ними случилось? Мяулин занялся выяснением и через некоторое время получил сведения о том, что Александр Васильевич Донской в преклонном возрасте принял участие в движении французского сопротивления, был схвачен гитлеровцами и расстрелян. Жену расстреляли вместе с ним. Вот вам и паркетный генерал...
Ронг намеревался повиниться перед ними и помириться, он мечтал получить от них фотографии Ли маленькой, в младенчестве, детстве, отрочестве. Но где теперь искать архив расстрелянного генерала, никто не знал. Так единственная фотография, сделанная на Монмартре за пару дней до трагической развязки, осталась у него единственной.
Крещение, совершенное в парке Хуанпу отцом Лаврентием Красавченко, исповедь и причастие в Ницце по приказу Елизаветы Александровны, наставления патриарха Тихона — все это на всю жизнь дало движение рабу Божьему Роману. И когда предоставлялся случай, он спешил исповедаться и причаститься святых Христовых таин, соблюдал Великий пост и другие посты, что, впрочем, ему давалось легко, ибо он вообще всегда очень скромно питался. Посетив в третий раз в жизни Париж, Мяулин исповедался и причастился в русском православном храме Александра Невского на улице Дарю.
С годами в сердце у Ронга не осталось ненависти к полковнику Трубецкому. Он пришел к осознанию того, что Ли убил не жених-неудачник, а император Франции мсье Наполеон. Могилу Трубецкого Мяулин отыскать не сумел. И не узнал, что родители полковника скончались еще в конце тридцатых годов, за могилу их сына некому было платить, и захоронение на кладбище Монпарнас уничтожили. Несчастья преследовали беднягу Бориса Николаевича и после смерти!
* * *
В 1950 году разразилась война в Корее. Там погиб сын Мао Цзэдуна — Мао Аньин. Узнав о его гибели, Чжуси повел себя в точности как некогда Сталин, узнавший о гибели своего сына Якова. Мао махнул рукой и сказал:
— Ничего. Такова война, жертвы были и будут всегда.
Это была первая в мировой истории война России и Китая против Америки. К счастью, она не разрослась в мировую. Американцы осознали мощь советской авиации, усиленную поддержкой армии КНР.
Но потом пути красного Китая и Страны Советов разминулись. После смерти Сталина к руководству в Кремле пришел человек, которого Мао Цзэдун с каждым годом презирал все больше и больше. Началось с того, что новый советский руководитель сделал большую для себя ошибку, приехав в Китай. Сталин этого бы никогда не допустил. Вождь народов понимал, что как в древности за ярлыком ездили к хану, так и сейчас — тот, кто приезжает, как бы является на поклон к повелителю. Но Хрущеву не терпелось посмотреть мир, и он помчался в Пекин, где постоянно лез целоваться с Мао, травил анекдоты, вел себя как пьяный богатый купец и сделал Китаю слишком много подарков. Таких, которые шли в ущерб Советскому Союзу, еще не до конца оправившемуся после Великой Отечественной войны.