- Так ты разочарован в людях? - спросила Лена, стряхивая пепел в угодливо подставленную барменом стеклянную пепельницу.
- Нет, - ответил ей Сабуров. - Просто смирился с тем, что только небольшой процент людей способен заглянуть правде в лицо.
- И что же говорит лицо этой правды?
Алексей пристально посмотрел на Лену. Ее тонкие черты лица окутывал белесый табачный дым, отчего она казалось бесконечно далекой и прекрасной, будто снежная королева. В ее глазах ирония смешивалась с какой-то грустью, зрачки изумрудных глаз мерцали то ярко, то тускло. Она как будто не собиралась воспринимать всерьез ничего из того, что говорил или скажет ей Алексей, но по каким-то неизвестным причинам была заранее согласна с каждым его словом.
- Оно говорит, что люди бесконечно глупы, - медленно произнес Сабуров. - Что их не ждет ничего хорошего и единственное, что они могут, это всю жизнь барахтаться в паутине бесконечных предательств и лжи, пока эту паутину не разорвет рак, аневризма или пьяный водитель.
- Звучит не очень обнадеживающе, - подытожила Лена, откладывая сигарету с мундштуком в пепельницу и отпивая коктейль из трубочки. - И для чего ты живешь?
- Что? - растерянно переспросил Сабуров.
- Для чего ты живешь? - повторила свой вопрос Лена. Мундштук снова оказался в ее пальцах. - Если все так плохо, если все люди - лжецы и лицемеры, если повсюду сплошной обман, то зачем вообще жить? Что тебя заставляет просыпаться каждый день?
- Моя работа, - хмуро ответил Алексей.
Лена грустно усмехнулась.
- Работа, - слегка передразнивая Сабурова, проговорила она. - И почему работа? Ты ведь спасаешь жизни этим лицемерам и лжецам, продлевая их барахтанье в паутине лжи. Зачем?
- Суть не в том, что я кого-то спасаю, - парировал Сабуров. - Медицина бессмысленна, как и сама жизнь. Всех нас ждет смерть рано или поздно. Я живу ради работы, потому что мне это интересно. Работа занимает мой мозг, заставляет напрягаться мое серое вещество, активизирует мыслительный процесс, выстраивая его на принципах логики.
- То есть, благодаря работе ты не замечаешь, как утомительно проходит жизнь, и надеешься неожиданно встретить старость?
- Что-то вроде того.
- И мою маму ты лечишь только потому, что тебе интересна медицина и неинтересен человек.
Это было утверждение, а не вопрос. Ее лицо неожиданно стало серьезным, сосредоточенным, изящные скулы на мягкой коже проступили острее. Но Алексей твердо выдержал ее взгляд и также твердо ответил:
- Да. А еще потому, что за это мне неплохо платят.
- Знаешь, Леша, тебе не мешало бы сменить обстановку.
Сабуров почувствовал, как брови от удивления поползли вверх.
- В каком смысле?
Лена затянулась новой порцией табака.
- Ну, съездить куда-нибудь. В горы, например. Был когда-нибудь в горах?
- Нет.
- А я была. С мамой. - Она тяжело вздохнула. - Нам нужно было встретиться с клиентами и подписать кое-какие бумаги в Берхтесгадене, небольшом городке в Германии посреди Баварских Альп. Мы прибыли вовремя, но наши клиенты сообщили, что из-за транспортных проблем на день или два задержатся в пути. Так что мы с мамой решили отдохнуть.
Мы записались на экскурсию, благо туристов было немного. Из городка с труднопроизносимым названием Шёнау-ам-Кёнигсзее тянулась канатная дорога, прямо до вершины горы Йеннер. И там… В общем на смотровой площадке мы пробыли очень долго. Ты не представляешь, как там красиво. Это совсем не то, что смотреть на фотографии. Когда ты стоишь там, вживую, все ощущается совсем по-другому. Представь: перед тобой в долине сияет темное озеро Кенигсзее, а по бокам его тянутся ввысь неприступные и вечные горы. Та их часть, что ближе к тебе, более покатая и потому усеяна елями и буками, а та, что дальше, круто вздымается вверх и в небесной дымке видны белеющие шапки снега, окутывающие вершины хребтов. Ты как будто растворяешься во всем этом. Ты чувствуешь, как ничтожен человек перед этим величием. И поэтому после такого хочется стать лучше. Может, захотелось бы и тебе.
Лена умолкла и отпила коктейль. Голубая жидкость заполняла собой всего лишь половину стакана. Сабуров глотнул еще немного виски и молча уставился куда-то в пространство.