Между тем они вышли в большой зал с двумя рядами колонн, прошли в очередной коридор, поднялись на второй этаж и, наконец, зашли в столовую — большое помещение, заставленное столами на четверых и телевизорами, висящими тут и там. Видимо здесь, в будущем, телевизор был непременным атрибутом жизни людей. Удивительно, почему они не висели в туалете — казалось бы, самое место. Перед раздаточной стойкой была очередь, человек пять, не больше, еще человек двадцать сидели поодиночке и небольшими компаниями в разных концах комнаты, в основном, как заметил Антон, предпочитая столы у панорамных окон, из которых открывался вид на рощицу и площадку, сияющую стриженной травой такого яркого зеленого цвета, что он казался ненатуральным.
Они подошли к стойке, Антон взял поднос и пошел следом за своим сопровождающим. Тот без особого воодушевления набирал на поднос какие-то пакетики и баночки, раскрашенные яркими цветами, не смотря на то, что помимо этого вокруг было полно всяких вкусностей вроде отбивных, сосисок, вкусно выглядящего мяса, тушенного с овощами, одной рыбы было пять видов! Антон с любопытством посмотрел на баночки "йогурта" на подносе мужчины. Наверняка, это было что-то жутко вкусное, но рисковать как-то не хотелось, поэтому он взял картофельного пюре с котлетами, стакан сока и пару булочек.
— Э-э, извините…
— Да? — мужчина поставил на поднос тарелку с творогом и посмотрел на мальчика.
— Вы не одолжите мне немного денег?
— Зачем?
— Заплатить за еду… — растерялся мальчик.
Мужчина рассмеялся и ответил:
— Здесь не надо платить… Антон, да? Так вот, Антон, это все бесплатно. Один из плюсов работы в этом дурдоме.
Антон кивнул, поняв из всего этого только то, что платить никуда не надо. Мужчина взглянул на поднос Антона, с тоской посмотрел на свой, вздохнул и сказал:
— Пойдем, сядем у окна. Посмотрим новости.
Пробираясь между столами, они подошли к дальнему столику и сели друг напротив друга, Антон спиной к телевизионной панели, закрепленной на колонне.
— Та-ак, что там у нас… — с этими словами мужчина взял со стола черную коробочку — почти такую же, как ты, что использовал Платон в доме Циркача — и нажал на красную кнопку. Антон тотчас задрал голову, ожидая увидеть, как в потолке открывается люк, но вместо этого за его спиной раздался голос диктора:
— …в Венесуэле продолжаются. На текущий момент представитель ООН…
— Опять они про эту муть, — поморщился мужчина и щелкнул кнопкой. Картинка на экране сменилась, теперь показывали каких-то мужчин, гоняющихся друг за другом на машинах. Мужчина защелкал кнопками, пока, наконец, не остановил свой выбор на передаче, где лысый мужчина с сильным акцентом рассказывал, как приготовить "борсч".
— Люблю эту программу, — сказал мужчина, открывая первую из своих коробочек. — Пробуждается аппетит.
— А это что, пульт такой для телевизора?
— А? — мужчина как раз достал из баночки что-то выглядевшее как розоватое желе. — А-а… "ленивчик"! Ну да, пульт управления. Я и забыл, ты же из прошлого.
Он сказал это так, словно для него в этом не было ничего необычного. Наверное, и в самом деле не было.
— Приятного аппетита, — сказал Антон. Мужчина кивнул, не отрывая взгляда от экрана и поглощая этот свой "йогурт".
Пять минут они ели, картошка и котлеты оказались жутко вкусными, так что Антон даже не обращал внимания на бормотание телевизора за спиной, хотя в любое другое время его было бы не оторвать от экрана: ему хотелось узнать как можно больше о том времени, в котором он оказался. Но сейчас ему гораздо больше хотелось есть: фрукты и бутерброды за прошлый день уже давно стали воспоминанием.
— Ты из какого города? — спросил мужчина, после того, как Антон доел картошку и принялся за булочку с соком.
Антон проглотил кусок и ответил:
— Из Горецка, — Антон решил не уточнять, что это не совсем так.
— Не слышал о таком, — пожал плечами мужчина. — Это в России, правильно?
— Да, в России, — мальчик уже знал, что так теперь называется СССР. Почему, он не знал, а возможность выяснить пока не представилась.
— Давно я там не был, — вздохнул мужчина и сделал глоток кофе из чашки. — Раньше всегда старался съездить отдохнуть на Байкал или в Карелию, но сейчас как-то не получается…
— А вы русский? — удивился Антон.
— Нет, я из Германии.
— Вы очень хорошо говорите по нашему, — заметил Антон.
— Россия одна из моих специальностей, — улыбнулся мужчина. — Я обязан хорошо знать язык, чтобы иметь возможность без проблем работать в нужной стране. К иностранцам относятся гораздо хуже, чем к коренным жителям, это неизменно в любой стране.