Выбрать главу

— Вы уже знаете, что Амодеус Фальк сбежал из клетки, — начал распорядитель. — Это, конечно, ужасающее событие для столицы и большая потеря для нашего императора, но! Но. Они не отменят шоу.

Наш облегченный вздох единым облаком окружил распорядителя.

— Поэтому, как и обсуждали, пойдем зазывать на площадь. В образах, в костюмах, сами все знаете. Финик, возьмешь Мюма, но, Трехликого ради, держи его на веревке, чтоб не как в прошлый раз! Присцилла — с собаками, Фил — с кольцами, булавами, или сам решишь, но гармошку обязательно возьми. Грэг — ты тоже собирайся. Вопросы? Нет. Хорошо. Пройдемся по порядку номеров на сегодня.

Я прикрыла глаза, мысленно проговаривая сценарий вместе с Тадеушем. После стольких репетиций я знала его наизусть.

«Империя Ассарт» — шоу, воспевающее историю нашей великой страны, показывающее чудеса присоединенных земель. Кому как не нам рассказывать об этом? Все мы на невольничьих рынках с разных концов империи оказались: Финик — из далекого королевства Сирам, куда только сквозь порталы попасть можно, у Присциллы экторские корни, Тай Лин — хинтийка по матери. Ну а я…

Я – октасийка. Мое появление под куполом в образе северной жрицы должно стать фантастическим, грандиозным сюрпризом. Блестящим финалом, в котором северное королевство — вражеский Октас — в моем лице закалывает себя ритуальным кинжалом, а империя в лице Финика впитывает всю мою силу — голубые плутающие огоньки. Так мы предрекаем империи победу еще и над несгибаемым врагом.

— Далее, — продолжил распорядитель. — Первым пойдет Фил — работа с залом, миниатюры. Разогрей публику хорошенько. Затем Тай Лин — номер о спасении Хинты от хвори и присоединении к империи. После нее…

Под конец его перечисления вокруг каждого артиста искрило возбуждение. Это будоражащее предвкушение лопалось пузырями в воздухе, впрыскивалось в кровь, дурило голову. Выступление. Публика. Их распахнутые рты и изумленные глаза — ах, я так страстно желала поскорее оказаться там, под взглядами толпы, чтобы поразить своими чудесами!

Как только Тадеуш дал отмашку готовиться к последнему прогону, мы все побежали одеваться.

Мы готовы к «Империи Ассарт». Готовы!

***

Центральные улочки Вальона пухли от толп горожан, рабов, магов — все они текли между кирпичными домиками с разноцветными крышами, наперебой обсуждая Великий Пожар и геройство капитана Гроса, побег Амодеуса, спирт, проституток и игры в кости.

— Он ведь специально выбрал День Великого Пожара для премьеры, да? — спросила я, заталкивая косу под серый платок. — Тадеуш? Чтобы побольше людей собрать?

— Конечно, — ответил Фил. — Раз сегодня рабов отпустят раньше, им и день занимать надо, прежде чем кабаки откроются. А тут сирамец со своими обезьянами да Присцилла с собаками в цирк зазывают. Десять раз шоу окупим, помяни мое слово.

Я кивнула словам старого клоуна, предвкушая манящую прохладу золота в своих пальцах.

Чем ближе мы подступали к площади, тем гуще становилась толпа, тем яснее различала я случайные всполохи разговоров:

— Ах, вот же он!

— Это капитан Грос?!

— Точно, говорю тебе! Надо же, и вправду в шлеме…

— Должен с речью выступать, быть может, и снимет?..

— Подходим, — скомандовала дрессировщица, захватывая все мое внимание. — Не передумали?

Мы с Фиником качнули головами. Все знали, что мы воруем, и понимали, что такой жирный день не упустим. Я бы могла сказать, что вся труппа кривилась в отвращении, возводила руки к небу с протяжными возгласами «да как так можно?!» и запрещала воровать, но… Это не так.

Мы бродячие циркачи. У нас нет постоянного пристанища, нас негде искать, а потому если в парочке деревень по чуть-чуть золота пропадет — так это кто угодно мог стащить! Да и добычей мы всегда делились, а звон монет склоняет на свою сторону очень легко. Особенно нищих, вечно голодных артистов.

— Ладно. Давай сюда свою обезьяну.

Финик протянул ей малютку Мюма, что сидел на его плече, сложив крылья, и с интересом разглядывал все вокруг. Присцилла по-хозяйски взяла веревку и посмотрела на малыша убийственно, как только она и умеет.

— Будешь хорошо себя вести — Эл тебе яблоко украдет. А нет — так я тебя отхлещу по твоей маленькой заднице.