Но она не может так жить.
Раньше Маша боялась одиночества больше всего. Остаться одной очень тяжело, ведь тогда тебя никто не поддержит, не пожалеет и не даст совета. А теперь она не уверена, хочет ли вообще показываться на людях.
«Почему бы просто не исчезнуть? Ведь, когда меня не будет…»
— Тебе помочь? — послышался тихий голос посреди ночи, прервав диалог девушки с самой собой. Маша открыла глаза. Перед ней стоял маленький мальчик невысокого роста, лет пяти-шести. Из-под шапки в стиле ретро неопрятно торчали темно-рыжие волосы. Худощавое телосложение, бледные руки. Одет он был как обычный бедный ребёнок: рубашка чуть больше, чем он сам, штаны с подтяжками и маленькие ботинки. Лица альбиноска не видела, так как на улице было слишком темно.
— Боюсь, ты не в силах… — произнесла девушка на английском, прикрыв глаза. Очень сильно хотелось «спать». Уснуть и не проснуться.
«Откуда у тебя такие пессимистичные мысли?»
— Если ты сейчас тут уснёшь, то умрешь, — невозмутимо произнес парнишка, засунув руки в карманы. Такое ощущение, что эта фраза далась ему очень легко, и он совершенно не переживал из-за того, что говорит. Будто для него это привычное дело. — Шинигами придут и заберут тебя. Конечно, если ты не пойдёшь со мной.
— Прости, я нехорошо разговариваю по-английски. Я не поняла тебя, — произнесла девушка с кучей ошибок в предложении, но парень понял, что именно она имеет в виду.
Хотя, на самом деле, Маша поняла половину слов, но, так как её сознание было не в рабочем состоянии, она не смогла составить предложение в единое целое.
— Тогда поспи. Поговорим как ты проснёшься. — Странный пацан. Почему он говорит такие вещи? Маше совершенно не хотелось спать…
Но тут её разум резко обмяк, а сама она провалилась в мир Морфея. Её как будто туда специально запихнули, напоив снотворным или использовав какое-то мощное заклинание. Малыш улыбнулся, и, сверкнув алыми глазами, взял девушку на руки, отправившись в неизвестном направлении.
Такое ощущение, что тело девушки ничего не весило. Он с лёгкостью нёс её на спине, не прилагая никаких усилий.
***
Вечер. Солнце только начинало садиться, а в Москве уже стоял дикий холод. У Лизки появилось ощущение, что сейчас не конец октября, а середина зимы, пусть и снега ещё нет.
Статуя Пушкина как стояла у небольшой скамейки, так и продолжала стоять там по сей день. Лизка потёрла свои руки друг о друга, пытаясь хоть как-то заставить работать кровь и согреться. Нос полностью покраснел, а кончики пальцев онемели. Нужно было брать с собой перчатки, и почему она об этом не подумала раньше? В принципе, поздно уже об этом переживать.
На горизонте показался Андрей. Судя по его шагу, он совершенно не торопился и шёл очень медленно. Увидев это, Лизка нахмурилась, начиная стучать ногой по асфальту. Ей это явно не нравилось. Он опаздывал на целых двадцать минут! Неужели ему не интересно что произошло с его младшей сестрой?
— Прости за опоздание! — извинился парень, неловко почесав затылок. — Я был немного занят и еле к тебе успел, — пытался он отмазаться, хотя, на самом деле, делал кое-что совершенно другое.
— Господи, твоя сестра такая пунктуальная, не думала что ты другой! — Девушка ещё раз дунула на свои окоченевшие руки, с укором посмотрев на парня. — Я тут тебя уже двадцать минут жду и я ужасно замёрзла. Пошли в то кафе, что ли, там я тебе все и объясню. — с этими словами Лиза развернулась, идя в сторону кафе. — Только никому об этом не рассказывай, все равно не поверят. А если сам не поверишь — не мои проблемы.
Парень молча кивнул, тихонько направившись за Лизой.
***
Девушка очнулась уже тогда, когда наступило утро. Тело так же продолжало ныть, особенно там, где располагался живот и ноги. И это не удивительно. Все же, недавно её изнасиловали и выкинули. Интересно, частенько ли у них такое? Они всех насилуют, кто пытается украсть у них торт? А ведь раньше у неё не было проблем с воровством… Надо же было так облажаться. Голова прошла, а руки до сих пор дрожали. Маше хотелось просто-напросто про всё забыть и успокоиться, но… Не думаю, что ей так легко удастся это сделать.
На самом деле, ей было всё равно на всякую девственность, честь и подобную фигню. Но ей было не по себе от того, что это сделали такие люди, в таком месте. Они были словно звери, которые не думали что делали. Они как будто отбросили свою человечность, поддавшись инстинктам. Они с легкостью издевались над её телом, не обращали внимание на её слезы и просьбы… Неужели такие люди и вправду существуют?
Девушка присела, оперевшись на руки. Оглядевшись, та совершенно не поняла, где находится. Это было какое-то старое дряхлое помещение, и казалось, что только от одного дуновения ветра оно разлетится на маленькие щепки.