Орки, пожалуй, противоположность эльфов. Некоторые считают, что орки – это эльфы, ушедшие во тьму, но это вовсе не так. Орки отдельно, котлеты отдельно. Возможно, когда-то и они были красивы. Вспоминая некоторые земные народности, я могу в это поверить. На земле, вроде бы, два типа негров – кривоногие, плотные, с ярко-выраженными признаками негроидной расы, и тонкокостные, стройные, длинные, с почти правильными классическими чертами лица. Есть в правильности красота, есть.
…А леса здесь, в Солнечной Долине, были сплошь светлые, березовые. Да и не леса это вовсе, а так, рощицы. А деревни здесь – из светлой древесины, с белеными ставнями, с резными наличниками, с коньками на крыше. И все утопают в цветах. Когда я первый дом увидела – ахнула. Точь-в-точь моя избушка в сосновом бору. Эх, от моей-то избушки пепел ветром развеян…
– Видишь, Пашенька, – сказала я вертящему головой Павлу. – Ты рожден для этого мира.
Павел в последний момент настоял, чтобы отправится с нами.
– Не хватало еще, чтобы моя сестренка со всякими там эльфами якшалась, – заявил он. – Неизвестно еще, что эти эльфы из себя представляют.
Аарон страшно оскорбился и заявил Павлу, что «эти эльфы» любого человека за пояс заткнут. Но Паше по барабану, что заявил эльф. Он закинул свою котомку в повозку, а сам уселся на ослика, предусмотрительно выкупленного у остающихся воинов.
Паша определённо чувствовал себя не в своей тарелке. Он привык быть во главе пищевой цепочки. Даже если и не на самом пике пирамиды – то в той её части, которая треугольная, а не трапециевидная. А здесь в этой части находилась воинская элита и мастера. Воин из Павла никакой. Его тело, хоть и не дряблое, как у многих мужиков, разменявших пятый десяток, на Земле (он все-таки качался и следил за собой), но нет тех воинских рефлексов, выработанных годами. Когда тело уже не зависит от мозга, действует автоматически. Когда уже можно предсказать каждое движение противника, основываясь на опыте. Откуда у Павла опыт? Он неплохо плавал, мог отжиматься и подтягиваться, бегать на длинные дистанции, но мечом размахивал как бейсбольной битой. И это страшно его бесило. На первом же привале он порубал как капусту все окрестные кусты (тупым учебным мечом) и едва не отрубил себе ногу. Точь-в-точь как мальчишка, который воюет с крапивой. Аарону, вздумавшему обучать его, удалось спастись бегством. Вероятно, Павел добьется кое-каких успехов, если найдет себе учителя – из чистого упрямства. Но профессионалом ему не стать. Поздно уже.
Он мог бы стать священником – в конце концов, на Земле Павел изучил немало священных книг, но это опять же с чистого листа. Поэтому ему оставалось одно – карьера архитектора. Я думаю, что здесь не слишком много народу имеют диплом по строительному делу с отличием, да еще кучу сертификатов. Но не в Цитадели же этим заниматься?
– А еще Мари, Мари, Мари… – объяснял мне Павел. – Она меня со свету сживет. Ходит за мной по пятам, был бы хвост – и хвостом бы виляла. Бесит! Если раньше мы жили на расстоянии, то тут в одном доме. Поссать выйдешь – и тут она за углом.
Я покачала головой. Ничего не поделаешь, дружок. Такова твоя судьба.
Наконец Павел закончил жаловаться и ушел в повозку – спать. На ослике он продержался чуть больше часа, после чего в повозке эльфа стало ой как тесно.
– Ты знаешь, – сказал мне Аарон. – Мне кажется, что он в тебя влюблен.
– Кто? – страшно удивилась я. – Павел что ли?
– Думай, о чем говоришь, ушастый! – возмутился за спиной Павел. – Она же моя сестра!
– О! – захлопал ресницами эльф. – А разве вас, развращенных людишек, это останавливает? Ой!
Ему пришлось очень быстро вскочить и спрыгнуть с повозки, а потом еще немножко побегать. Павел, хоть и был немолод, немного за ним погонялся, крича как индеец. Вот правду говорят, что первые сорок лет в жизни мальчика самые сложные! В нашем случае – четыреста.
В конце концов, эльф подставил Павлу подножку, но недооценил сноровку и коварство моего братца. Честно сражаться с оружием в руках он не умел, но по боям без правил он был спец. Да и восточные единоборства изучал. В общем, эльф покатился по земле кубарем, а Павел, как ни в чем не бывало, вскочил на ноги, словно мячик. Аарон был столь удивлен, что даже забыл рассердиться.
– Вечером продолжим беседу, – чуть отдышавшись, пообещал эльф.
Купцы оживились, переглянулись. Путешествие обещало быть интересным.