Макс замотал головой, а потом обхватил ее руками.
— Мерзость! Да, я лично не разгонял протестующих, не избивал их. Это было делом других. Но я стоял в оцеплении и старательно отводил взгляд. Я ведь мог встать по ту сторону. Мог бы тут же уйти, сбросив шлем и отбросив щит. Я не сделал ничего — просто стоял и молчал. Как жук. Но жук не может не подчиняться, я же сам довел себя до такого состояния.
— А что ты мог сделать? — осторожно спросил я. Макса надо было успокоить и удержать от необдуманных поступков.
— Один? Ничего, только уйти. А если бы все поступили так? Мы сами виноваты во всем, Темка. Мы выполняли приказы тех, повиноваться кому было нельзя. И такие приказы нельзя было выполнять. А мы были послушны. Мы шли, куда велят, мы делали, что велят. Да прожил бы я! Устроился бы охранником или тренером по каратэ… Боязнь что-то изменить, боязнь выступить против тех, кого привык слушаться…
— Не одним тобой манипулировали, Макс. Заставить человека делать то, что нужно другому, не так уж и сложно. Безымянный умел проделывать это, а я учился у него.
— Брось! Мы все прекрасно понимали, но что-то мешало нам. И вот, когда пришел приказ собрать все оружие, складировать его и приставить охрану из самых надежных — вот только тогда мы смогли сбросить с себя этот груз. Но было уже поздно. Я помню, командир бригады валялся мертвым, приказ намок в луже его крови… Я перешагнул через него, чтобы взять гранаты и патроны. Мы не знали, что будем делать, куда идти, но мы были счастливы! Наконец, нам представился шанс умереть так, как нужно: на поле боя, с оружием в руках. Катера появились неожиданно, из них сыпались жуки… Их было много, больше, чем можно было предположить. В таком катере их помещалось сотни две. Один парень, намного моложе меня подорвал себя гранатой, убив их несколько штук. А я уже лежал обездвиженный и не мог сделать тоже самое… Я думал, что мафия даст мне возможность добраться хоть до кого-нибудь… Дурак! Мне удалось выйти живым… Теперь я доберусь до Цитаделей. Я достану тех, кто разрешил уйти этой мрази. Ну, а потом, если повезет, я достану и кого-нибудь из тех… После этого мне не страшно никакое наказание!
— Мы будем объявлять амнистию всем, Макс. О каком наказании для себя ты говоришь? Мы простим Слуг, но не простим тех, кто договаривался с ними. Я придумаю такую схему, ты не беспокойся.
— Замечательно! — горечь в голосе Макса никак не исчезала. — Только ты не забывай, о двух десятков человек, что я убил за деньги!
— Одни были бандиты, так? Эти в расчет не идут. А остальные… Ты слышал о штрафбатах? Наше движение и есть такой штрафбат. Ты уже загладил все преступления, которые совершил раньше. Да, суда тебе не избежать. Хотя бы для того, чтобы расстрелять твоих заказчиков. Но тебе больше не в чем винить себя. Ты сражался с теми, кто остался на той стороне, Макс. Дело не в том, что ты слишком поздно пришел на нашу сторону. Дело в том, что ты вообще пришел. Так учил меня Безымянный, а я хороший ученик, можешь мне поверить!
Макс выдавил из себя улыбку.
— Его надо взять в плен во второй раз?
— Обязательно. Он мой друг, Макс. Он сможет нам здорово помочь — если захочет. А, если не захочет, все равно, пусть живет. Когда ты узнаешь его, Макс, ты скажешь себе: «хорошо, что мы его не убили тогда». Вот увидишь!
— Буду надеяться. Ты знаешь, зачем мы здесь?
— Догадываюсь. Вас ведь взяли в качестве моей охраны?
— Да.
— Конечно, Симода знал, что я ему совершенно не доверяю. Поэтому он выманил меня из штаба и дал такую охрану, с которой я могу быть в безопасности. И, я уверен, он приказал убить Безымянного.
— Он, случаем, не родственник Рюсэю Симоде?
— Это он сам. Он — один из организаторов Сопротивления. Для того, чтобы продемонстрировать свою преданность, он уничтожил целый город и два миллиона человек. Но теперь он получил оружие жуков и передал его нам.
Макс с трудом переваривал услышанное.
— И что, мы его простим?
— Два миллиона человек нельзя просто списать в убыток, но и то, что он сделал для движения — не пустяк. Я не знаю… Наверное, будет правильным, если судить его будут все люди. Пусть каждый выскажется, виновен он или нет.
— А зачем он хотел отослать тебя? — настороженно спросил Макс. — Пролезть на твое место?
— Я думаю, да. Но место занято, я об этом позаботился. И Безымянного я тоже в обиду не дам. Пусть у Симоды и был первый класс, а я выше второго никогда не тянул, мозги у меня есть.